Некромант для рыжей шельмы

«А не то меня отсюда вынесут, – закончила она про себя. – Притом сметя веником в совок».

– Мне стоит тебя провожать, сладенькая? – поинтересовался Макс, последнее слово произнеся настолько издевательским тоном, что стало даже стыдно. Самую капельку.

– Нет, а зачем? Или господин следователь меня в чём-то подозревает? – весело изумилась она, поднимаясь и сдергивая пальто со спинки стула. – А-а-а, боишься, пойду отвлекать хмуромордого от работы? Ах, мой чёрный властелин, ни к чему так переживать! Норму общения с вашей братией я уже выполнила.

Макс поднялся следом. Медленно приблизился, не сводя внимательного, цепкого взгляда; забрал пальто из рук, мимолетно коснувшись пальцами ладоней. От этого прикосновения по телу тут же прокатилась горячая волна, куда более ощутимая, чем когда её нагло лапал Бэйли.

– Искренне надеюсь, – проговорил он тихо, зайдя за спину, чтобы помочь одеться, – что от другого раза ты воздержишься.

– И почему бы мне это делать? – нервно усмехнулась Билли, прежде чем развернуться.

А вот чего она не поняла – когда именно успела оказаться прижатой спиной к шкафу, да так крепко, что ручка одной из дверок больно впилась в поясницу. Ещё бы до этого было дело – ведь в следующий миг уже не дыхание, а сухие, настойчивые губы касались её собственных, жадно сминая, вытесняя из головы все мысли.

Горячо, жарко, непристойно, и ведь дверь даже не заперта…

Она уже почти успела застонать, когда внезапный порыв со стороны коммандера закончился, и её наконец отпустили.

– Вот поэтому. Выход – вниз по лестнице и направо. Никуда не сворачивай, детка.

– Ну и мудак же ты, господин коммандер! – заявила Билли, возмущенная тем, что её так подло выгоняют – и это после такого-то поцелуя! – Так и быть, уговорил. Ухожу. Не сворачиваю. Но! Ещё вернусь!

– Да кто бы сомневался.

Билли на это демонстративно фыркнула и, стараясь удержать по-некромантски невозмутимую рожу, гордо прошествовала к двери.

И только когда та захлопнулась у неё за спиной, позволила себе расплыться в совершенно кретинской улыбке. А потом и вовсе чуть слышно засмеялась, но тут же оборвала себя и даже прикрылась ладонью. Не то чтобы её здесь кто-то мог увидеть, конечно…

– Мать твою, Билли-шельма, да ты по ходу вляпалась, – проворчала она себе под нос.

Вот только ворчание вышло какое-то неискреннее.