Толерантность без границ

Поникшая, она смотрела в сторону, ни на чём не задерживая взгляд. «Прячет слёзы» – подумала Мира, и поняла, по какому поводу эти слёзы. Догадаться было несложно. Потому что именно здесь, то, о чём не думаешь, не размышляешь, и даже не планируешь уделять этим мыслям ни секунды своего времени, становится таким пронзительно очевидным и понятным, что и не нужно выстраивать слова в длинные предложения. Не нужно ничего объяснять, доказывать… Только что врач с внушительным стажем работы в больнице для онко-больных детей закрыла глаза девятилетнему Андрею, проиграв битву за жизнь.

Для неё это не впервые… Да и пора бы уяснить неписаное правило: нельзя пускать пациентов в своё сердце. Вот-вот… Именно так и надо. Подумаешь! Не стало одного из миллиардов, только и всего… Но потеря для некоторых невосполнимая…

Ольга Николаевна прошла мимо, едва качнув головой, а вслед за ней тишина – особенная, в которой медленно тонешь, словно так и должно быть.

– Нет, всё-таки нужно убедить мужа увести Женечку.

От голоса Альбины Мира вздрогнула.

Она не слышала шагов за спиной, и тем более не ожидала, что в такой момент будет сказана именно эта фраза, совершенно неуместная. Но Альбина не смотрела на Миру, поэтому не прочла в её глазах возмущение.

– А говорят, лучшая больница в стране. Пока я здесь, это уже вторая смерть. Я всё больше переживаю за сына…

– …Не всех можно вылечить… Ведь всё зависит от…

– Разве этот мальчик…

– Андрей.

– …болел чем-то особенным? Лейкемия, как и у всех.

Мира не хотела вдаваться в подробности, но промолчать сложнее:

– У него был миелобластный лейкоз, а он плохо поддается лечению.

Даже мощнейшая химиотерапия не всегда может помочь.

– Я не знаю, чем этот диагноз отличается от диагноза моего сына.

Мира задержала дыхание, сосчитала до пяти и выдохнула:

– …И не надо…

– Ой, Мира, что ты так расстроилась? Что сердце надрывать по каждому поводу?

Мира ничего не ответила – стоит ли возмущаться по каждому поводу?

– Этот мальчик… Андрей – да? Он ведь почти год здесь лежал…

– Да.

И этот год был для него мучительным…

– Нужно ли было продлевать ему страдания? Всё равно не помогли…

– Ты когда-нибудь смотрела ему в глаза?

– Кому? – недоумённо спросила Альбина?

– Андрею.

– …Нет.

– Жаль. Тогда бы ты увидела, как он хотел жить. А ещё в его глазах было много тоски. Но она появилась со временем… Ведь он не сразу понял, что продолжения не будет…

Мира умолкла, неуверенная в необходимости говорить дальше.