Буду твоей Верой

Мне Артём Чернышов нравится, и его кожа, а не этот оглобля в трусах!

– Увы, Верунчик, тут тебе не светит, – поджав губы, печально констатирует Рома.

– В смысле? – мне-то и не нужно, чтобы светило, но как-то прямо обидно за себя стало.

– За ним знаешь, какие девчонки бегают… – замолкает брат, а я мысленно договариваю за ним фразу: «Не то, что ты».

Знаю.

Видела.

На улице пруд пруди девчонок в таких коротких юбках, что сама на себе почувствовала, как туда задувает! Все они ждали его, Егора Бестужева, звезду гандбола!

– Вот и пусть бегают! – обижено бубню я.

 – А он?

– А он от них бегает!

– И никто не догнал?

– Да не знаю я, – злится брат. – Но в компании у него каждый раз новая подружка. Всё, отстань, спать я пошёл.

Ромыч встаёт и уходит в свою конуру, а я закусываю нижнюю губу и прокручиваю в голове сегодняшний день и разговор с братом.

Значит, никто не догнал… Так-так.

Звезда гандбола, популярный парень, Дон Жуан и козлина, меняющая девчонок как носки!

Откуда позже у меня возникнет безумная идея, я не знаю.

Возможно, под впечатлением прошедшего дня. Возможно, под гипнотизирующим действием волшебного ночника она приснится мне во сне. Быть может, Ромкины слова взыграли как брошенная в лицо перчатка, которую я опрометчиво приняла, но просыпаюсь я с совершенно удивительным и, скорее всего, провальным планом!

10. Вера

На следующий день решаю приглядеться и понаблюдать.

Я проснулась с боевым настроением, готовая воплощать свой безумный план в жизнь, но, подбегая к Институту экономики, мой настрой явно начал сбоить, подавая сигналы о том, что всё это полный идиотизм.

И вот битый час, сидя на общей лекции всего потока по Менеджменту, я разглядываю Чернышова и сопоставляю все «за» и «против». Оцениваю, насколько сильно он мне нравится, чтобы решиться на подобную авантюру.

Чернышов, Роберт, Дивеева и Альбина сидят вчетвером, и обсуждают они явно не организационные структуры управления.

А потом происходит то, что окончательно выбивает из моей головы глупые мысли о том, как привлечь внимание Чернышова.

Кажется, мои очки сейчас треснут от того, с какой завистью я прожигаю руку Артёма, поглаживающую точёную скулу Карины. Парень заботливо убирает упавшую на лицо светлую прядь Дивеевой и смотрит на местную королеву с таким трепетом и восторгом, как я на вареники с творогом.