Четыре угла

Пусть она позже пожалеет… А она, несомненно, пожалеет, но сейчас Полина так чувствовала…

Разбудила телефон и открыла номер телефона, которым она не собиралась никогда пользоваться…

Не давая себе времени передумать, нажала на кнопку вызова, поднесла трубку к уху и уставилась на белобрысого мальчонку, управляющего красным воздушным змеем, разрезающим голубое небо алыми бороздами.

Гудок.

Второй.

Пусть не возьмет… Господи, пусть он не возьмет!

Третий…

– Да?! – прозвенел в трубке веселый, слегка хриплый голос.

 – Слушаю.

– С Днем рождения, – просипела Полина, зажмурившись. Это не выглядело праздно, это выглядело жалко. Голос на том проводе молчал. Дыхание только говорило. Тяжёлое, частое, грузное. Словно под дых невидимого собеседника ударили. – Это Полина.

Смешная… Да этот голос Гризманн узнал бы среди тысячи полифонических звуков.

У Роберта дар речи пропал. Дыхание перехватило.

Разве мог он мечтать о таком подарке?

Гризманн смерился с тем, что она не позвонит.

Уговаривал себя, убеждал, принуждал усмириться.

А она позвонила…

Парень откашлялся прежде, чем выдавить из себя слова.

– Я тебя ждал, – на выдохе, еле-еле слышно произнес и сам испугался. – Очень долго ждал, – прошептал.

Всю жизнь… всю жизнь ждал…

Полина закрыла глаза. Крепко стиснула веки и мотнула головой.

Молчала. Ничего не могла больше сказать.

Ошибка. Глупая необдуманная ошибка – позвонить Роберту.

– Полина, я сейчас вышлю адрес сообщением, – не оставил сомнениям шанса Гризманн и прервал звонок.

Глава 5.

Воронцов знал, что его никто не ждет.

Вот уже четвертый год не представлял, с кем его бывший лучший друг отмечает свои дни рождения, когда все прошлые именины друзья детства Воронцов и Гризманн отрывались на полную катушку вместе.

Четвертый год Алексей бьется головой о бетонную стену, выстроенную Робертом между ними.

Один неправильный шаг – и он в одночасье лишился всего самого родного и близкого: семьи и лучшего друга.

И если причину первого он принимал безусловно и безропотно, то что произошло с закадычными друзьями – Воронцов не понимал. Это случилось с ними сразу после его непоправимой ошибки, но каким образом его личная жизнь сказалась на отношениях с Гризманном – для Алексея оставалось неразгаданной загадкой.

Расплатившись в супермаркете за элитный виски, Алексей не собирался нарушать четырехгодичную традицию.