Жизненные откровения. Сборник рассказов

– А то и говорил, что вологодский дурила нашел мешки с деньгами и отвез их в милицию, – напомнил Тимоха.

– А ты бы Тимоха эти деньги себе прикарманил, – предположил Всеволод.

– Может быть, и прикарманил бы, – повысил голос Тимоха, – миллиончик-другой мне бы сейчас ой, как пригодился.

– А что бы ты делал-то с этими миллиончиками? – спросил Эдуард.

– Да уж нашел бы, куда их девать, – твердо ответил Тимоха, – машину, например, нужно менять. Квартиру сыну тоже хотелось бы купить, а то живем двумя семьями.

– Я бы тоже нашел, как миллионами распорядиться, – поддержал Тимоху Эдуард Потехин.

– Ты бы, конечно, их в дело пустил, буржуй недобитый, – предположил Всеволод.

– И пустил бы, – повысил голос Эдуард.

– Да, не тому, значит, миллиончики-то достались, – съязвил Пафнутий, – нет бы с друзьями поделиться, а Эдуард с Тимохой только о себе и думают.

– А ты, Пафнутий, много с нами своими гонорарами делился? – спросил Иван.

– Так то ж гонорары за работу, а тут халявные деньги, – ответил Пафнутий.

– И то верно, – просморкавшись, поддержал разговор Палыч, – трудовые деньги нельзя сравнивать с халявными. Но если бы мне, например, Эдуард отстегнул от миллиона несколько сотенок, я бы век его помнил.

– А что бы ты делал с этими сотенками? – спросил Тимоха.

– Да уж нашел бы куда их девать, – сразу не найдя способов конкретного применения денег, уклончиво ответил Палыч.

– Ты не юли, Палыч, а отвечай конкретно, куда бы дел эти самые сотни, – поддержал Тимоху Иван Чубатый.

Тут Палыч надолго задумался, потом почесал затылок и серъезно сказал, – а купил бы на них своей старухе ажурное нижнее белье, а то она сроду такого не одевала.

После такого признания мужики переглянулись, а остряк Тимоха, еле сдерживая смех, выпалил, – а ты не боишься, что с таким бельем пустится твоя старуха во все тыжкие.

Мужики рассмеялись, а Палыч, строго посмотрев на Тимоху, произнес, – моя старуха и в ажурном белье хвостом вилять не будет.

– Ты смотри, как уверен наш Палыч, – съязвил Пафнутий, – а вдруг не удержится.

И тут Палыч аж подпрыгнул со скамейки, – ты это на что намекаешь, Пафнутий? Да моя Полина Сергеевна не чета некоторым, – при этом он многозначительно посмотрел на Эдуарда.

Эдуард хотел что-то возразить, но быстро передумал.

Над столом возникла гнетущая тишина, которую попытался разрядить Всеволод:

– а не хряпнуть ли нам по чарочке?

– Хряпнуть, хряпнуть, – поддержали его мужики.