Остров «Недоразумения». Повести и рассказы о севере, о людях

Осмотр балыков меня утешил и даже весьма! Они были твердыми, без слизи, поэтому я тщательно промыл их в морской воде и разложил на берегу под небольшим ветерком и солнышком. Рюкзак, вывернув, простирнул и тоже бросил на камни. Очень хотелось вздремнуть, но прилетела эскадрилия, банда бакланов и чаек, дегустировать чукотскую кету, и мне пришлось отбиваться от непрошеных гостей. Вон по берегам рек тысячи отнерестившихся, умирающих и уже умерших лососей. Клюйте, жрите, пока из под хвоста не полезет. Так нет же, сюда налетела туча дармоедов.

Уже солнышко стало опускаться в море – пора собираться до дома, до хаты. Рюкзак высох совершенно, только белый налет на нем от соленой воды остался. Балыки тоже подсохли, имели тёмно-красный цвет и совершенно ничем не пахли, кроме самой рыбы, конечно. Я не удержался и отрезал кусочек на пробу. Вкус был изумительный, нежный и очень пикантный. Есть на Байкале способ приготовления омуля с душком, есть французский сыр Рокфор с плесенью. И то, и другое ценится у гурманов и считается деликатесом.

А почему бы не быть и кетовому балыку с душком? В разрезе мясо кеты было темно-красным и на вкус изумительным. Вот так нечаянно и делаются кулинарные открытия!

Пока я смаковал балык и размышлял о его достоинствах, нарисовался наконец-то и Серый с пивом. Он думал, что рыбу я выбросил, но увидав, а потом и попробовав её, он пришел в восторг, хотя и не такой любитель «жаберных», как я. Так что, балыки были очень кстати. Спасибо этому парнишке с Чукотки и семь футов под килем ему в морях и его плавании по жизни.

Рыбу мы раздали, раздарили. Всем она пришлась по вкусу. Через несколько дней у нас остался один рюкзак, а потом и он куда-то исчез.

P.S. Вяленого и соленого лосося нужно «вкушать» с черным молотым перцем и сливочным маслом. Строганину из мороженого лосося точно также.

Судьбы человечьи

Я хочу рассказать об одном человеке с трудной, исковерканной жизнью судьбой, и хотя таких, как он, по северам великое множество, но именно он запомнился мне, и я вспоминаю о нём как о личности, сохранившей все человеческие качества, несмотря на огромный срок, щедро отмерянный ему прокурором.

До этого и после мне приходилось общаться с бывшими полицаями, власовцами, предателями Родины, бывшими бандитами и убийцами, хотя уверен, что к бандиту, убийце, педофилу или маньяку, угробившему не одну жизнь, слово «бывший» не применимо, и даже по прошествии времени и отбытия срока, каждый из них остаётся преступником.