Очень мистические истории

– Приятного аппетита.

Глеб поплотнее прижал крышку и подмигнул Зарибу.

* * *

Черемуха давно отцвела, легкий ветерок колыхал вдоль тротуара березовую пыль. Заскрипели скобы. В лицо пахнуло сыростью.

– Как думаете, сдохла она?

Зариб топтался на лестнице, покусывая ногти и не сводя взгляд с подвала.

Глеб включил фонарь, направил луч в темное сырое нутро.

– Конечно сдохла, месяц прошел, – ответил он, пытаясь унять дрожь в коленях. – Зови дворника.

Зариб подозвал рабочего, курившего неподалеку.

– Стой здесь. Следи, чтобы дверь не захлопнулась, – скомандовал он и поднял чемоданчик с инструментами.

Глеб одобрительно кивнул и шагнул внутрь первым. Хотелось побыстрее закончить с этим делом. Он планировал уйти сегодня пораньше, принять душ и купить цветов. Вечером они с Лизой договорились сходить в кино.

Коридор повернул. Как и предполагал Глеб, лампа погасла сама собой. Зариб пощелкал выключателем, но без толку – перегорела окончательно. Пахло сырым бетоном.

И только. Глеб выдохнул, немного успокоился. Тишину подвала нарушал лишь глухое шаркание их собственных шагов.

Зариб, хоть и оглядывался каждую минуту, тоже немного осмелел, подошел к трубам и принялся их осматривать.

Глеб приблизился к стене, отделяющей мусороприемник. Как же мать выползла в тот раз, если здесь цельная кладка? Вспомнил слова покойного Трофима Ивановича. Но это морок… Он посветил вниз. В самом углу, где стена мусороприемника примыкала к несущей, луч фонаря внезапно повалился в темную меленькую норку.

Глеб присел на корточки. Ну точно, крыса как раз протиснется. Он наклонился, пытаясь рассмотреть что-то внутри. Едва уловимый сладковатый дух пробивался сквозь щель. Уже не вонь, так, запашок. Мелькнула боковина грязной пластмассовой бутыли. Придется ломать стену. Нужно убрать там и запустить мусоропровод.

– Ай! – раздался вскрик.

Глеб вскочил на ноги, повернулся.

Зариб стоял возле труб и глазел на свою ладонь. Кисть прочертили кровяные полосы.

С большого пальца первые капли упали на пол.

– Зараза! – выругался он. – Ключ соскочил.

Глеб затаил дыхание. Всякое, конечно, бывает. Но отчего тогда противно заныло в груди? Зариб вытер руки о штанину и снова взялся за ключ.

– Стой, – тихо произнес Глеб. – На выход. Быстро.

Моргнула лампа и сразу погасла. Входная дверь со скрипом и лязгом закрылась. Что-то зазвенело там, где были трубы. Раздался шорох и треск, зачмокало.