Сказки для девочек. Больших и маленьких. Мальчикам читать не рекомендуется

Чтобы развеяться, смотрела в окно на улицы и дома, мимо которых проезжала. На одной улице моё внимание привлёк старенький дом, из которого давно уже все выехали. Он стоял пустой и холодный с чёрными окнами.

Вдруг в одном окне я заметила слабый свет, который меня так поманил, что, забыв про свою усталость, я вышла из автобуса и пошла к этому дому.

Поднявшись по совершенно тёмной лестнице, я вошла в пустую квартиру. Дверь комнаты, из-под которой выбивалась узенькая полоска света, оказалась запертой.

Когда мои глаза привыкли к темноте, я заметила рядом другую дверь, отворив которую вошла в комнату смежную с той, где горел свет.

Так как внутри двери вообще не было, я смогла, наконец, удовлетворить своё любопытство.

У окна, опираясь на подоконник разложенной столешницей с драным зелёным сукном, стоял хромоногий ломберный стол, а на нём старинная керосиновая лампа с тяжёлым бронзовым корпусом в виде высокого массивного кубка, которая едва освещала комнату. Рядом со столом расположился большой, потемневший от времени буфет, дверцы которого были раскрыты.

Я разглядела на полках несколько тарелок и чашек с потемневшими трещинами и щербинками. На полу лежали большие круглые настенные часы с римскими цифрами на циферблате. В комнате раздавались тихие голоса.

– Буфет в доме необходим, – услышала я брюзгливый голос. – Люди пьют и едят каждый день, а для этого нужна посуда. И уж на моих полках её всегда помещалось достаточно и для будней и для праздников. Да ещё оставалось место для домашних припасов.

Старые хозяева это ценили. – Его голос дрогнул, и щербатые чашки сочувственно звякнули. – Я, конечно, стар, но ещё крепок. А моя жизнь бесславно закончилась в пустом холодном доме!

– О, вещи живут долго, и помнят многое, – вступил в разговор грустный голос от окна. – Начал я свою жизнь в просторной гостиной, где собирались гости поиграть в карты. Потом времена переменились, исчезли гостиные, столовые и спальни. Если целая семья размещается в одной только комнате, в карты можно поиграть и за обеденным столом.

Мне повезло, что за ненадобностью не сгорел в печке. Послужил столом письменным и даже чертёжной доской. Но из-за тесноты был водружён на шкаф, завален тяжёлыми узлами и чемоданами, и у меня подломилась нога.

– Сломанные вещи никому не нужны, – натужно прохрипела пружина старинных настенных часов. – И мы многое повидали на своём веку, отсчитывая время ещё с тех пор, когда бабушка и дедушка были молоды.