Альфа Вита. Духовная поэзия

А еще – я был просто нужным,

А еще – он был долгожданным…

«Апрель… Апрель великопостный…»

Апрель… Апрель великопостный.

Ещё не стаяли снега,

Прохладен вечерами воздух,

И в лёд сползают берега

Реки. Живёт своей неспешной

Апрельской думою село.

Ещё чуть-чуть и станет вешним

Всё, что звалось «белым-бело».

Ещё немного и весенний

В палитре строк проглянет тон.

Проснётся жизнь и с птичьим пеньем

Возьмёт аккорд свой в унисон.

Баллада

А степь холодная была,

А степь в снегах тогда лежала,

И перло-мутная луна

Над степью тучи оплавляла.

И в той степи, глухой, как в песне —

Раздвинув горечью века,

Каким-то жалобным предвестьем —

Стонала просьба ямщика.

И было столько в ней печали,

Что обходили стороной,

И стон ветров, и волчий вой,

И туч воинственных скрижали.

И было столько в ней мольбы,

Что звёзд бесчисленных лампады,

С паникадилием луны

Мерцали слезно-виновато.

Судьбою Божий суд свершился:

Оставив тело замерзать,

Спасённая душа молилась

Строкою песенной предстать…

И с милосердием исполнил

Господь прошенье чудака:

С тех пор в народной песне вольной —

Живёт нетленная душа.

Белгородским уездом

Казалось, что над головою

Тем зубом, что остался цел,

Большой кусок луны висел

И пахло свежею рутою

И мятой, кошенною с поля.

Казалось, что подать рукою

До хуторского куреня.

Горели огоньки, маня,

И ночь точь-в-точь была собою:

И молчаливой и большою.

Казалось, что чего-то стоят

Десятки пройденных днём вёрст.

В знак хуторской дичалый пёс

Округу будоражил воем.

Быть может, оттого и волен?

Казалось, что отныне будет

Её любовь не так слепа,

Как неразборчивость серпа,

Для тех, кто панночку разбудит

И муки искренне полюбит.

Казалось, что ещё немного —

И ляжет скатертью дорога…

И скатертью легла дорога.

Всё ради Бога, ради Бога…

Благо

Из края в край – повсюду лето

И колоколенка свечой.

Ах, Боже мой, как много неба!

Как много неба, Боже мой!

Из края в край – повсюду лето

И колоколенка свечой.