Калейдоскоп мгновений

Но он гениальный программист и веб-мастер.

Официально Тэцуро и Сумирэ считаются парой, но у меня складывается впечатление, что их отношения – игра на публику, а на самом деле их мало что связывает. Но психолог из меня никакой, так что я могу ошибаться. В конце концов, меня это не касается.

Больше меня интересует, что сегодня привело ко мне Рицуко. Обычно о своих визитах она предупреждает заранее, хотя и знает прекрасно, что я рад видеть ее в любое время. Сейчас ее глаза хитро блестят очередной загадкой, и она временами улыбается своим мыслям, рассеянно поддерживая беседу.

Ну-ну, подождем, посмотрим, что за сюрприз приготовила сегодня малышка Рицуко. Малышка не в смысле возраста, на самом деле она старше меня на пару-тройку лет. Я имею ввиду ее рост. Она едва достает мне до плеча. Маленькая, хрупкая, так и хочется защитить ее от всего. Увы – Рицуко не нуждается в защите. Ни в моей, ни в чье-либо еще. Она сама кого хочешь защитит.

Я отвожу взгляд от Рицуко, к которой меня тянет, словно магнитом и натыкаюсь на ехидную усмешку Сумирэ.

Нет, ну в самом деле, никак я не возьму в толк, что ей от меня нужно. Спрашивать неловко, а сама она ничего не говорит, просто смотрит немигающим взором.

Оказывается, Рицуко припасла для меня дискету со своим новым творением. Не терпится посмотреть. Надо чем-то занять гостей на это время. Придется показать сегодняшние наброски. Тэцуро и Рицуко увлеченно их рассматривают, а Сумирэ, похоже, это мало интересует. Ну и черт с ней. Она идет к моему старому синтезатору, оставшемуся с тех пор, как я возомнил себя великим музыкантом.

Музыкант из меня оказался никакой, а синтезатор прописался в моей студии, как напоминание о недостижимых вершинах, чтобы я не зазнавался.

Батюшки, Рицуко опять сочинила что-то совершенно потрясающее!

3. Танака Сумирэ. Композитор

Музыкальная радуга.

До – красная, ре – оранжевая, ми – желтая, фа – зеленая, соль – голубая, ля – синяя, си – фиолетовая.

Я перекладываю на музыку картины Рэйдзиро.

Но он об этом и не подозревает. Он вообще не замечает ничего, кроме своих картин и… Рицуко. Я же знаю, что во всех его рисунках, набросках, картинах везде она. Даже если он пишет пейзаж, все равно, в нем будет чувствоваться присутствие Рицуко. Только совершенно слепой или полный дурак не догадается, почему Рэйдзиро расцветает, как хризантема, при виде Асимуры. Однако, Рицуко хоть и трудно назвать слепой или дурочкой, тем не менее ни о чем не догадывается.