Дьюри, или Когда арба перевернется

Если бы не заплывший глаз, он выглядел бы вполне прилично:

– Есть чем полюбоваться, – промелькнуло у него в голове, и сразу же подумалось: – как хорошо, что сегодня можно отсидеться в адвокатской конторе… никого ни защищать, ни обвинять, ни оправдывать…

Незнакомый голос прервал его воспоминания, он повернулся лицом к говорящему, не понимая, чего от него хотят.

– Простите, у меня кончились спички… Разрешите прикурить, – попросил незнакомец.

Дьюри достал из кармана коробку спичек, зажёг одну из них, дал прикурить.

Тот, поблагодарив, удалился, а Дьюри продолжал, как завороженный, смотреть на горящую спичку до тех пор, пока она не обожгла ему руку. Почувствовав боль, он импульсивно дёрнул рукой и разжал пальцы. Спичка погасла. Обожжённые пальцы сунул в рот.

Утомительно жужжа, в оконное стекло бился шмель в поисках выхода.

Последние годы совместной жизни Дьюри чаще жалел себя и свои неудачи валил на Ицу. Вот и сейчас его переполнила такая жалость к себе, что готов заплакать:

– Боже! На кого я похож? Что ты сделала со мной? Ох, как хочется глоточек вина… Чего я здесь сижу? Жду её смерти? Нет, нет… Она привыкла рожать… для неё рожать – привычное дело.

Может, я жду смерти ребёнка? Нет, нет… Лучше я выпью стаканчик за их здоровье, – пришёл он к выводу в своих мучительных раздумьях.

От принятого решения Дьюри сразу ожил, открыл глаза, встал, чуть покачнувшись, направился к выходу. Перейдя через дорогу, Дьюри вошёл в маленькую закусочную, подошёл к стойке. В обшарпанной полупустой закусочной, в тёмном углу, опохмелялись несколько человек.

За стойкой толстый бармен в засаленном костюме, увидев Дьюри, направляющегося к нему, спросил:

– Ну и кого же тебе в подоле принесёт ненаглядная?

– Пока не знаю… – нехотя промолвил ему Дьюри, кому-то другому, вероятнее всего, не сказал бы ничего, но бармену сейчас не мог не ответить.

– Налей-ка мне стаканчик, а то пересохло в горле..

– Я-то налью, а платить будешь сегодня или…

– И не стыдно в такой день мне это говорить? – абсолютно беззлобно упрекнул его Дьюри.

Он порылся у себя в карманах, выгреб несколько смятых бумажек. Старательно разгладив бумажные купюры на стойке, он протянул одну бармену, остальные аккуратно сложил и сунул в карман. Бармен долго смотрел на него, затем, тоже аккуратно положил полученную купюру в кассу, отсчитал сдачу и, положив мелочь перед постоянным посетителем, налил и поставил перед ним бокал вина. Дьюри сделал первый глоток.