Очаровательное наследство

 – Кроме того, я привыкла к пансиону. У меня там подруги.

Леди Маргарет посмотрела на Дарнелла в поисках поддержки. Он же продолжал задумчиво разглядывать девушку.

– Ты не обуза для нас, Лив, – коротко заметил лорд Рейнхарт.

Она покраснела и потупила взгляд, явно пристыженная из-за опрометчивого высказывания. Все же они знали друг друга много лет и даже росли вместе. А леди Маргарет всегда старалась уделять внимание Оливии, так как девочка очень рано потеряла мать.

– Что ж, так и быть, оставайся в пансионе, – заключил Дарнелл.

 – Просто знай: тебе есть куда приехать на праздники, а если передумаешь и решишь жить у нас, мы с мамой будем только рады.

– Но Дарнелл! – возразила леди Маргарет, явно не согласная с таким раскладом.

– Мы должны учитывать мнение Оливии, – покачал он головой.

– Спасибо, – тихо ответила Лив.

Дарнелл кивнул. Конечно, он хотел, чтобы она была рядом. Так будет проще присмотреть за Оливией, но, с другой стороны, в столице полно охотников за наследством, а юная леди Блумсбери отныне лакомый кусочек для всяких проходимцев.

Нет, в закрытом пансионе для девочек Оливия будет в целости и сохранности. По крайней мере до восемнадцати лет.

Глава 1

«Сэр Дарнелиус был беспощаден. Его страсть смела робкую застенчивость леди Оливии… – Я опомнилась и зачеркнула последнее слово, а затем принялась аккуратно выводить дальше: – …леди Виолы. Она тихо всхлипнула. Тонкие пальчики впились в мускулистые широкие плечи. Ей хотелось просить пощады, но вместо этого Виола прошептала…»

Резкий стук в дверь заставил меня вздрогнуть, что моментально отразилось на листе бумаги.

Черная жирная линия прочертила строку.

– Леди Оливия, – донеслось с той стороны. – За вами приехали.

Я вздохнула. Вот так всегда! Только снизойдет вдохновение – и сразу же кто-то отвлекает.

– Сейчас буду, – отозвалась я.

Все личные вещи еще с утра были упакованы и спущены в сундуках вниз. Осталась только казенная мебель, чернильница да черновая рукопись второго тома «Порочного искушения».

Первый вышел в издательстве «Ховард и сын» и отлично продавался в книжных магазинах по всей Пармиине. Я обвела взглядом комнату и поняла, что буду по ней скучать. Но пришло время двигаться дальше. Там, за стенами пансиона, начиналась самостоятельная взрослая жизнь.

Я положила рукопись в небольшой саквояж, где хранились вещи первой необходимости, приколола к волосам шляпку и была такова.