Короткое лето свободы. (Повести и рассказы)

 – Так, может, сейчас и рванём, Онуфрич? – с азартом в голосе спросил Еремеев. – Подходящий момент. – Не-е, – мотнул головой Понятно-дело. – Через час перекличка будет. Хватятся. Далеко не уйдём. Да и Пельменя нет, а его прихватить надо, больно уж кликуха у него вкусная… После вечерней проверки и рванём в ночь. – А вдруг сейчас обнаружится, что мы там везде пошухарили? – Нет, – уверенно сказал Понятно-дело. – До утра, а, может, и дольше хозяин на людях с поцарапанной мордой не появится. Я его за свой срок выучил… Щас, наверное, подлюка, спирт стаканами жрёт.

Без его команды никто и разбираться не станет.

Еремеев посмотрел на своего напарника, точно в фильме «Чапаев», Петька на своего командира: ну, и мудрый же ты мужик, Василий Иванович.

10

Через час после отбоя, когда на нарах дружно захрапели и застонали, Понятно-дело сказал, вздохнув:

– Ну, с богом…

Они сложили кухонные трофеи в узел из всех тряпок, что у них были на шконках. Из тайника, выдолбленного в ножке нар, вынули с десяток спичечных коробков.

Зашлись лаем, почуяв зверя малокормленные овчарки. И Понятно-дело двинулся к нарам Пельменя, ткнул того кулаком в спину. – Хлопчик, пошли за хлебом, – ласково сказал Понятно-дело. – Пельмень, приоткрыв глаза, смотрел непонимающе на «смотрящего», но гипнотически действовало на него слово «хлеб». – Хлеб привезли, там за лагерем. Разгружать будем, – уже строго добавил Понятно-дело.

Пельмень и не возражал. Вышли из барака и в тени, подальше от караульных костров, пролезли через «колючку».

Зашагали быстрым шагом, забрав по пути к шурфу, спрятанный узел со штабным трофеем. Опорожнили свой тайник в тайге и свернули резко в восточном направлении в поисках предполагаемой речки.

В лёгких сумерках белой ночи, уже пахнущей свободой идти было легко. Подталкиваемый «смотрящим» Пельмень вскоре начал оглядываться с вопросительном выражением в телячьих глазах. – Идём-то куды? – Туды! – рыкал на него Понятно-дело. – Топай давай.

Там машина с хлебом застряла.

Пельмень через несколько шагов опять, оглядываясь, спрашивал: – Куды? – Туды-туды, будем сейчас буханки с машины таскать. Так и быть разрешу тебе припёки схавать.

Прошли примерно с километр, и впереди блеснуло узкое русло ручья. Течение было к югу. В том направлении и пошли по воде, поскальзываясь на крупных голышах. Пельмень норовил выбраться на берег, но Понятно-дело пинками заставлял его идти по самой стремнине.