Самое чёрное сердце

И не хочу начинать список здесь.

– Разумеется, – Киро склонила голову и опустила взгляд, вроде как устыдившись своей вспышки. Алые цветы на её шее тоже грустно поникли, точно надумав увянуть. – Простите, я вовсе не… Я вас поняла, сэр. Могу ещё чем-то помочь?

– Спасибо, пока что можешь быть свободна.

Она кивнула и отошла от моего стола, поникшая что те цветочки. А у меня внутри вдруг заворочалось нечто тяжёлое, колючее как терновый куст, жутко неприятное. Что-то новое и странное, чему я пока и названия подобрать не могу.

– Киро, – не удержавшись, окликнул её у самых дверей. – Без сахара.

– Что?

– Кофе. Я пью без сахара.

– Да как вас, извращенцев, земля носит?!

Скроив забавную гримасу и всем видом выразив страшное омерзение, она скрылась-таки за дверью. Но, кажется, немного повеселела.

Кто бы знал, конечно, почему меня это вообще так заботит.

Глава 3

Ещё в свои безмозглые четырнадцать я крепко-накрепко уверилась: Алек Сазерленд – самый бесстрашный котик на свете и ничего не боится.

Ну… кроме алгебры с физикой. И апельсиновых корочек. И, конечно же, моей мамы.

– Алек-чин! – возопила она, уперев руки в бока, едва мы показались на пороге «Сапфирового дракона». – Почему, позволь спросить, я вижу своего пятнистого сыночка в первый раз на неделе?!

– Виноват, мама Сора, – пробубнил Алек, покорно склонив голову. – Больше не повторится.

– Как же, как же, это я уже слышала. Примерно миллион раз!

И всякий раз забавно наблюдать, как плечистый охотник-оборотень добрых метр девяносто ростом весь съеживается и что-то робко мямлит под гневным взором простой вэйданской женщины, крошечной и хрупкой, как фарфоровая куколка.

– Эй, а как же я? – делано возмутилась я, отвлекая её от причитаний о бедном Алеке, страдающем без вкусной еды и женской ласки. – Ты любишь этого кошака больше, чем свою дочь!

– Потому что он хороший мальчик и не заставляет маму Сору седеть раньше времени! – парировала мама с королевской невозмутимостью. Но затем всё-таки потянулась обнять меня и быстро чмокнуть в щеку.

 – Ох, Киро-чин, ты тоже могла бы почаще радовать маму своим присутствием. Вы с Алеком слишком много работаете. Маршал Броган вообще в курсе, что вы не его собственность?

– Маршал Броган больше не маршал, – резонно заметил Алек. – Собрал вещи да отбыл в Саргон загорать. А Киро тебе не говорила?

На лице матушки, красивом и до неприличия молодом, отразилось секундное замешательство.

– Ах, и вправду, что-то такое говорила.