Робин, закрой глаза

Вдруг по ноге что-то пробежало. И снова. Её обнюхивали. Она дёрнула ногой. Голыми пальцами она врезалась сразу в нескольких зверьков. Мерзкий писк, острая боль в ноге. Робин закричала и побежала прочь из тёмной подворотни, не разбирая дороги. Ещё несколько поворотов не туда, и девочка совсем заблудилась.

– Эй, дорогуша! Ты забыла башмаки! Вернись! – послышался нарочито-доброжелательный крик Винсента Глюнкера.

Наконец Робин заметила в прогалах между крышами золотой отблеск и побежала в сторону Собора, мечтая снова увидеть оранжевый зонтик леди Вербены.

Ей повезло. Когда она вынырнула на площадь, навстречу плыл заветный комочек солнца, который отвёл Робин и остальную группу в уютное кафе с круассанами.

Не так-то просто было наслаждаться вкусной выпечкой и обжигающим какао под пристальным взглядом Роба. Он несколько раз посмотрел на её ноги, которые она старательно прятала под столом. Наконец Роба отвлекла плюхнувшаяся напротив Марго, только что зашедшая в кафе. Впервые девочка обрадовалась, увидев одноклассницу.

Робин меньше всего хотелось сейчас что-то кому-то объяснять. Во многом потому, что она не понимала, как объяснить всё случившееся хотя бы самой себе. Пугающие переулки, надрывный шёпот Глюнкера, что-то хотят уничтожить… и откуда, откуда, откуда в этом начищенном до блеска сказочном городе крысы?

Робин надеялась разобраться во всех событиях уже в клетке Н8, уютными вечерами с Бубликом, долгими ночными дежурствами и молчаливыми посиделками с дедушкой и телевизором.

Но девочка не знала, что завтра её ждет ещё больше происшествий, чем сегодня, что послезавтра поразит её чуть меньше, чем послепослезавтра. А времени на размышления теперь не будет ни утром, ни днём, ни вечером, ни даже ночью.

Когда дети и мистер Вурст поднимались на дирижабле над Облачным Вокзалом, вечерний город вспыхнул тысячью огней, которые разноцветными потоками стекались к щедро освещённому куполу Собора Солнца. Разумеется, дальше глазеть в окно им не позволили, напоив очередной порцией усыпляющего напитка.

Дирижабль с рёвом приземлился на Вокзальной площади клетки Н8. Вокруг не было ни души, кроме нескольких патрульных. Трамвай ждал детей на остановке. Класс расселся по свободным лавочкам. Погружённые в себя ребята вглядывались в тьму за окнами, слабо разбавленную оранжевыми квадратами квартирного света. Когда Робин выходила из трамвая, Роб сунул ей в руку клочок салфетки с надписью: «Покорми ты сейчас, а я завтра утром».