Робин, закрой глаза

А через мгновение мимо уха девочки нечто просвистело с такой силой, что её развернуло.

Прямо за ней стоял Ромул, сжимавший огромный лук, тетива которого ещё звенела.

– Только что там… – ошеломлённо начала она.

– Была шайура, – закончил за неё Ромул. – И, признаться, странно, что я не собираю твои внутренности с деревьев. Только что ты родилась заново, Робин Локсли! – добавил мастер патетичным тоном. – Смею ли я надеяться, что ты стала умнее?

Робин не знала, что ответить. Она, лучшая в классе, не распознала шайуру!

– Иди за мной, – не дал ей опомниться Ромул и пошёл обратно.

– Я не вернусь в автобус, – не двигалась с места Робин.

– А кто сказал, что мы пойдём к автобусу? – мастер был уже на значительном расстоянии впереди, и Робин, боясь остаться одна, побрела за ним.

Когда лиловый автобус показался сквозь ветки, Ро-мул резко свернул влево – к густому кустарнику. Раздвинув ветки, он выкатил старенький велосипед.

– До Н8 здесь не больше двадцати минут.

Тебя впустят без проблем – ворота заколдованы. Велик оставишь на площади, пройдёшь через паучьи, сядешь на трамвай № 2, и всё будет как раньше. Дети иногда возвращаются, и мы никого не виним.

– А мои вещи? – спросила Робин.

– Вот, я взял с собой, – Ромул спустил рюкзак с плеч и поставил перед Робин.

– А… Бублик?

– А Бублик, как верно заметил Джон, уже камелотовский.

– Да что это значит: камелоты, рубеусы, Рубикам? – не унималась Робин.

– Не скажу.

– Почему?

– Потому что ты выбираешь ничего не знать.

– Нет! Я просто хочу сначала узнать, а потом решить. А меня куда-то тащат, что-то заставляют делать, потом обвиняют. И это я должна выбрать?

Ромул молчал, склонив голову набок, но на его губах обозначились мелкие штрихи складок. Мастер сдерживал улыбку.

– Ответь! Ты меня привёл сюда! Вот и отвечай! – Робин перешла на крик.

Ромул медленно поднял голову и, заглянув в разные глаза Робин, тихо и мягко, как успокаивают маленьких детей, сказал:

– Слушай, рассказать тебе всё, что ты хочешь знать, даже Мэрил не сможет.

Но дело не в этом. Дело в том, что тебе просто страшно.

– Да нет же!

– А хочешь скажу, когда мне было страшно?

– Да, – буркнула Робин.

– Когда тебе только повязали шарф. Я ужасно боялся, что ты…

– Свалюсь в кипящий асфальт? Ты тоже видел? – подхватила Робин. Она же ничего не видела, когда другие проходили испытание.