Летим с нами. Рассказы

Поди стрелял кого, зайчика или глухаря какого.

– Ты давай тут со словами поосторожнее, глухаря она мне тут хочет повесить. Капитан зло сверкнул глазами и расхохотался.

Ниночку начала бить мелкая дрожь: «Почему он не верит мне, ирод? Я же все как есть, как на духу ему…»

Вдруг лицо Шкалова приобрело какое-то совсем звериное выражение, брови съехали к переносице, появился хитрый оскал, а глаза стали такими холодными и колючими, как будто волчьи. Он заорал:

– А ты знаешь, что на прошлой неделе бабулю грохнули у почты из ружья?

Шкалов соскочил со стула и вплотную подбежал к Ниночке.

– Таисию Павловну? – прошептала одними губами Нина.

Шкалов еще больше раздухарился. Брызжа слюной, он орал:

– Да, Таисию Павловну! Видимо, ты в курсе! И калибр-то у ружья 12! А может, ты приторговываешь патронами по вечерам на дому в промежутках между вязанием носков и просмотром сериалов? А? А эти два затерявшихся патрончика бабуля получила у почты вместо пенсии? Сидит тут строит из себя бедную, благородную овечку! Патроны она пришла сдавать!

– Товарищ полицейский, что вы такое говорите! Я детишек математике учу! Всю жизнь в школе, все своим трудом, живу от зарплаты до зарплаты, каждую копейку считаю… – закричала Ниночка и заплакала.

– Вот и досчиталась! – орал Шкалов. – Статья 222 УК РФ «Незаконное хранение и сбыт боеприпасов», слышала о такой?!

– Товарищ полицейский, – Ниночка судорожно всхлипывала, глотая слова.

– Какой я тебе товарищ полицейский, я капитан Шкалов, так меня называй!

– Капитан Шакал.

– Она еще и издевается надо мной! – Шкалов был в ярости. – Круглов веди ее в КПЗ, пусть память освежит и вспомнит, откуда патроны и где те два пропавших!

– Мне нельзя в КПЗ, – всхлипывая шептала Ниночка, – у меня дома Кузя с Пушком голодные, и покормить некому, нет ведь у меня никого, одна я, и Раскольников придет…

– Так может вы с Раскольниковым на пару старушку и замочили? – расхохотался Шкалов, ковыряя пальцем в зубах.

Круглов взял Ниночку под руку и повел по длинным коридорам в КПЗ. По щекам Нины градом текли слезы. Она не могла поверить, что вот так все обернулось, что ее, бедную учительницу математики посадят к уголовникам. И за что?! За патроны, которые она аккуратно обернула в «Правду»?

Вдруг Нина увидела, что навстречу к ней идет высокий мужчина в форме. Лицо его показалось ей знакомым.