Житие борзого. Повести и рассказы

Чувствуя его постоянную поддержку и защиту, Коротай рос смелым, уверенным и даже несколько задиристым псом.

Соседские собаки побаивались эту парочку. Увидев их издалека, большинство старалось обойти их стороной, уж больно азартны и быстры они были – от них трудно было уйти.

Стремительно набирая скорость, они неминуемо настигали зазевавшегося. Парочка не была злой, и не жаждала крови. Достаточно часто дело кончалось только тем, что настигнутый и полумертвый от страха неудачник, потеряв пару клоков шерсти, этим и отделывался, но в будущем он уже старался с ними не встречаться.

А дружная парочка была довольна игрой! К сожалению, не все понимали, что это была всего лишь игра, достаточно жёсткая, но всё же игра.

Никогда не забыть Коротаю своего первого зайца. Ему было полгода, когда впервые он приехал в эти места вместе с хозяином и Сокрушаем. Была поздняя осень, накрапывал мелкий, холодный дождь. Он сильно устал, передняя лапа нещадно ныла – кровоточил открывшийся вчерашний порез. Уже несколько часов он всё ходил и ходил на одной сворке* с Сокрушаем по этому бескрайнему полю.

Уже давно прошла первая радость, охватившая его вначале, при виде этого бескрайнего простора, от вида которого что-то вздрогнуло в нём и зазвенело. Он сразу же понял, что это не обычная прогулка. Коротай ждал чего-то волнующего, радостного, и от ожидания этого неведомого в нём все пело. Каким-то седьмым чувством он понимал, что в этом и заключается смысл его существа. Время шло, но ничего не происходило.

Усталость брала своё, и он уже перестал напряженно вглядываться в даль, чувство радостного ожидания тоже утихло. Теперь он чувствовал только усталость, да еще правая передняя лапа не давала покоя. Боль от вчерашнего пореза нарастала с каждым шагом и уже становилась нестерпимой.

Прихрамывая гораздо больше, чем следовало, изредка останавливаясь и беспомощно свесив лапу, он оглядывался на хозяина, ожидая, когда же тот, наконец, заметит его страдания. Но обычно столь внимательный ко всем его малейшим болячкам тот, казалось не замечал на этот раз ничего, а упрямо шёл и шёл вперед.

Коротаю ничего другого не оставалось, как идти дальше, прихрамывая и иногда жалобно поскуливая.

Вдруг он почувствовал как что-то изменилось. Это было неуловимо, пока что не объяснимо, оно витало где-то в воздухе. Он не то чтобы заметил, а скорее ощутил, как встрепенулся и напрягся идущий рядом Сокрушай. Казалось, электрический разряд вдруг пронзил его тело.