Я, наверно, из прошлого века. Сборник стихов

Молчат твои глаза – я даже рада.

Я так устала от сухих и колких фраз,

От твоего измученного взгляда,

Который, вспыхнув, тотчас же погас.

Глотать устала дозами сомненья,

Сходить с ума, ревниво ошибаться,

Зависеть от изменчивого мненья

И к пустоте всё время возвращаться.

Доволен? Я, быть может, тоже стану

Однажды, растеряв надежды пыл.

Сложу остатки гордости в карманы

И лоскуты подбитых жизнью крыл.

Раз я смогла придумать вместе нас,

Поверить и прожить тебя до строчки,

Смогу придумать, что огонь души угас,

Расставив между судеб наших точки.

    (5 февраля 2017 года)

И крошится стихами рассудок…

Одинокие ночи, как рамка без фото на столике,

Как неслышное эхо в ответ на безмолвный «привет».

Ты, отчаявшись жить, чуть не подалась в католики,

Но спугнул еле видный сквозь чащу бетона рассвет.

Ты искала себя на закате ушедшего дня.

За домами, заборами, даже на детской площадке.

Этот замкнутый круг не спасет, в глубь забвенья маня.

И крошИтся стихами рассудок в обычной тетрадке.

А хотелось по-женски простого и тихого счастья:

Чтоб встречал на пороге тот самый, родной и любимый,

Укрывая в объятьях от будней, врагов и ненастья.

А остался лишь маленький, выцветший временем снимок.

В лабиринте запутанных улиц и тропок блуждая,

Ты искала в глазах незнакомцев ответ на вопрос:

«А бывает на свете любовь навсегда чтоб большая,

Настоящая, верная, чистая и чтобы всерьёз».

    (2 февраля 2017 года)

Ей казалось…

Он шептал ей «люблю» в темноте кинозала

И тихонько в ладонях сжимал её руку.

А ей всё казалось, как же этого мало.

Она морщила нос и вздыхала от скуки.

Он дарил ей восторженно маки охапкой,

Посвящал ей стихи под неяркой луной.

Она щурила взор из-под маленькой шляпки —

Ей казалось, что он несуразный, смешной.

Он водил её к морю смотреть на закат,

По ночам, улыбаясь, считал с нею звёзды.

Она тихо вздыхала под стрекот цикад —

Ей казалось, что он не для этого создан.

Он под окнами в полночь ей пел серенады.

Выводил на асфальте мелком её имя.

Укрывал пиджаком от весенней прохлады.

А ей всё казалось – не его героиня.

А однажды под дверью белёсый конверт.

В нём две строчки: «Прости. Это всё-таки сложно».

Как-то резко мир сжался и свет вдруг померк.

Ей напрасно казался уход невозможным.

Было лето, цвели хризантемы в садах.

Серебрила луна осторожно тропинки.