Своих не бьют

 – В нашей школе должен быть полный порядок.

Стас смотрел себе под ноги и молчал.

– Смотри Хромченко. Твое молчание приведет к тому, что в следующий раз тебя просто прибьют. А еще хуже, если из—за твоего молчания хулиганы останутся безнаказанными и чего доброго пострадает кто—нибудь еще. И виноватым в этом будешь ты. Понял?

Стас кивнул головой.

– Язык что ли проглотил, – съязвила Елена Владимировна.

– Да, понял, – проговорил Стас.

– Раз понял, иди, подумай. А потом все расскажешь.

Стас вышел из класса и присоединился к Кеше, поджидавшему его в углу большого шумного холла, где группировались и перемещались гулкие школьные массы.

Кеша прислонился к стене и уставился в окно.

– Ну и чего она домогалась тебя? – спросил он друга.

– Да, – махнул рукой Стас. – Про синяки спрашивала. Кто их мне нарисовал.

– А ты что?

– Да что я? Сказал, что упал. Что еще говорить—то?

Кеша задумался.

– Неплохо было бы от Киселя избавиться, – наконец сказал он вслух, рассеянно глядя перед собой.

 – Но нужен особый способ. Если его заложить, вряд ли из этого что—нибудь выйдет.

– Я не стукач! – возмутился Стас.

– Не мешай, я не с тобой разговариваю. Просто размышляю вслух, – перебил Кеша. – Способ… возможно, я найду подходящий, – усмехнулся он.

– Что за способ—то?

– Узнаешь, – напустил на себя таинственный вид Кеша. – Пошли пополнять кладовую знаний. Скоро звонок.

Вечером, когда Стас сидел за столом с родителями, отец поинтересовался:

– Ну что, как неделя прошла, чем порадуешь?

– Нормально.

– А принеси—ка дневник, мы с матерью взглянем.

Стас вышел из кухни. Сердце сжалось в маленький комочек. Он попытался взять себя в руки, но воображение уже начало свою работу, рисуя красочные картины расправы, которую через несколько минут учинит ему отец. Стас вошел в свою комнату и достал из сумки дневник. С трудом переставляя непослушные ноги, он вернулся в кухню и протянул его отцу.

– Так, неплохо, – просматривая дневник, произнес отец.

 – А это что такое? Почему сначала по английскому пятерки, а тут тройка? – ткнул он пальцем в аккуратно выведенную красными чернилами оценку. – Зря тебя, что ли, Галина Викторовна нахваливала? Или ее переводческий опыт не дотягивает до программы московской средней школы? – съязвил отец. – Не понял? Что это значит фр. яз?

– Французский язык. Я перешел во французскую группу, – опустив глаза, тихо произнес Стас.

Отец и мать вопросительно переглянулись.