Своих не бьют

Он был в хорошем расположении духа, похвалил Стаса, приписав все успехи сына сугубо своему воспитательскому таланту.

Стас уединился в своей комнате и накинулся на уроки. Перед сном к нему заглянула мать.

– Сынок, завтра утром поедем в магазин. Нужно кое—что из одежды тебе подкупить. И лыжи для уроков физкультуры.

– Ма, я не могу завтра, – испуганно ответил Стас, глядя на невысокую, кутавшуюся в зеленый махровый халат, фигуру матери. – У нас… мне в школу надо, у нас как это… э—э—э… репетиция Нового Года. К елке готовимся.

– Вот как? Что ж ты раньше молчал?

– Да я сам только вчера узнал. Не успел сказать, – соврал Стас.

– А во сколько вернешься?

– Точно не знаю, ма. Думаю не раньше, чем после обеда.

– Что ж, жаль. Придется ехать без тебя. Дай я хотя бы ногу твою обрисую, чтобы не промахнуться с размером.

Мать принесла листок бумаги и ручкой обвела стопу сына.

– Стас, ты точный рост свой знаешь? Когда в последний раз измерял?

– Неделю назад в поликлинике. Рост сто семьдесят восемь, вес шестьдесят девять килограмм, давление как у космонавта, – отрапортовал Стас.

Мать записала данные на обратной стороне листа и, пожелав сыну спокойной ночи, прикрыла за собой дверь. Стас облегченно выдохнул: – Уф! Кажись, пронесло!

16

В девять утра Стас звонил в дверь Кеши. Открыла, его мать Татьяна Андреевна. Ее крупную фигуру обтягивал красный фартук с цветами. Стас потянул носом и поймал запах блинов.

– Доброе утро, Стас. Ты чего в такую рань? Воскресенье. Вы договорились идти куда—то?

– Здрасьте, Татьяна Андреевна.

– Мам, кто там? – прохрипел из комнаты Кеша.

– Стас пришел, – ответила Татьяна Андреевна.

– Заходи, – громко зевая, позвал Кеша.

– Сань, я на минутку, выйди, а?

Маятником раскачиваясь из стороны в сторону, в коридор ввалился взлохмаченный Кеша, укутанный толстым пуховым одеялом в голубом пододеяльнике.

– Чего случилось? – спросил он, яростно потирая слипшиеся глаза, в попытках отогнать от себя сон.

– Да не, спасибо. В другой раз. Слушай, я еду по поводу новой работы, – заговорщицки шепнул Стас другу на ухо. – Своим сказал, что у нас репетиция елки в школе и все такое. Если что, подтвердишь, бьен?

– Бьен, бьен, – широко зевая, сказал ничего толком не понявший Кеша. – Ладно, тогда я дальше давить пошел. Заходи, как освободишься.

– Спасибо Сань, не забудь.