Я не хочу, чтобы люди унывали. Сборник рассказов, сказок, пьес, сценариев, статей

И когда – дату тоже написал, сам срок смерти каждому из списка (а это человек двести) Шабуров определил.

Б. У. Кашкин должен будет, по его определению умереть на помойке, расписывая ее красками.

Шабуров на открытии выставки – хеппенинга, с этими письменами сам в гробу неподвижно лежал, не смеялся даже, не икал, не шевелился, по серьёзке все. Дама-энтертейнер из крематория по-настоящему говорила: от нас ушел хороший человек, сын и гражданин. А господин Б. У. Кашкин не понял, что это юмор, что это для смеха, и обиделся.

«Что ты, Саша», – говорит ему, когда Саша пришел к нему в мастерню подвальную на Толмачева, 9, – «чем дальше – тем дальше? Бог тебя наказал за твое свинство, ты уже заикаешься много лет, скоро пукать начнешь». И дал грозный старик ему в глаз кулаком, приподнявшись на цыпочки, на палку опираясь. Так гласит народная молва в передаче уст девчонок короткоюбочных, а они-то в драках понимают, они не соврут, коль сами все видели.

А Сова говорит, что ногой Букашкин каратэ показал!

И прав был старик. Правильно треснул обидчику. Шабуров и мне, великому режиссеру, предписывал умереть 21 января 2001 года, чем довольно сильно меня напугал. И я, опасаясь внезапной смерти, ходила к психологу на занятия. Но срок прошел и я жива! Пронесло. Просвистело мимо.

Умер Махотин. 20 декабря 2002 года. И мне обидно, что всем отпущено по алфавиту было лет, в среднем, по 40; Вите Махотину аж 60 лет еще пожить, а он умер уже.

Умер и многие позабыли его голос и улыбку.

Таганайские горы

Это было 27 марта 1994 года. Никогда не забуду эту поездку. Меня потом декан факультета Рунева Т. А. вызывала в деканат и говорила очень много нелицеприятных слов. Например: Куда ты повез, Женя, наших девушек-искусствоведок – хочешь, чтоб они все погибли! Чтобы ноги им ампутировали обмороженные, чтобы меня в тюрьму посадили – за вас, детей отвечаю я, декан!

И пусть не погибли они, да, хорошо, но прогулы совершили – много пар пропустили за два дня! За прогулы отвечать будешь ты, Женя!»

Не погубил я их, а закалил горным переходом.

Всего-то лишь трое из четырех человек наших простудились, подумаешь. В городе с ними тоже такое могло случиться.

Все девушки согласились ехать сразу, но я долго не мог собрать парней. Звал художника Олега Бухарова, он отказался. Фу, все такие вялые, думал я.