Сердце отца. Повесть

А может, видит все это, но уверен в своей безнаказанности – он хорошо знает, как чтит Сабыр заветы предков и никогда не позволит себе ссору с соседом. Поэтому продолжает в прежнем тоне:

– Оби-идится! Чего ему еще нужно – вырастили, отправили учиться. Женили. У него своя семья, своя жизнь – чего теперь оглядываться на него? Вы из-за него не женились в свое время, а он бросил вас.

– Нет, он не бросил меня. Абай все время зовет к себе, да я сам не хочу. Что мне в городе делать? Там можно умереть со скуки. Так, на пару дней съездить в гости – это можно.

А здесь у меня скот, огород, я все время занят. И потом, в городе все нужно покупать, все дорого, а я им помогаю продуктами, – согым, картошка…

– Ну конечно, удобно держать отца в ауле, бесплатно продуктами обеспечивает. А что он страдает от одиночества, пускай, мы обидимся, если он женится.

Сабыр рассердился вконец. Но выдержка не подвела и в этот раз. А как хочется размазать эти губы по зубам, как хочется врезать по челюсти, так, чтобы Рахат прикусил, наконец, свой ехидный язык! Сдерживаясь изо всех сил, Сабыр произнес с нажимом:

– Не трогай Абая, сосед! Я живу хорошо и мне незачем зря чесать языком.

Пока есть силы, буду жить здесь и заниматься хозяйством, а одряхлею – Абай меня не оставит, я ему верю. И давай, не будем больше об этом.

Рахат все же струхнул, ибо Сабыр не был волен над своим взглядом, который пробирал до костей. Сосед инстинктивно отступил, отодвинулся от ограды. Он скривил губы в неприятной улыбке, которая особенно досаждала, и примирительно залопотал:

– Да я что! Живите, как хотите, Саке.

Я просто переживаю за вас, ведь мы не чужие, соседи, так сказать…

Но Сабыр уже не слушает – он прошел в загон и, быстро сев под одну из коров, принялся за дойку. Струи истомившегося за ночь молока задзинькали о стенки подойника, успокаивая взведенные нервы, и вот уже реальность отступила куда-то, а перед глазами развернулась картина из далекого прошлого – Сабыр учит молодую жену Майру, которая, боязливо отстраняясь от коровы, еле достает вытянутыми руками до сосков.

Лицо ее напряжено, по нему блуждает слабая улыбка; глаза ее, то скашиваются к сидящему рядом Сабыру, то смотрят пугливо на корову. Та повернула к ней свою морду, словно недоумевая или упрекая: «Какая ты женщина, если корову подоить нормально не можешь?» А Сабыр, напротив, улыбается одобряюще и помогает советами:

– Ты не бойся, корова это чувствует и беспокоится. Да мочи пальцы в молоке, чтобы лучше скользили по соску.