Под знаком проклятья. Повесть

Под знаком проклятья. Повесть

Владимир Александрович Зангиев

Это история о женщине-палаче, на совести которой около 1500 жертв. Более 30 лет следователи не могли напасть на её след.

Под знаком проклятья

Повесть

Владимир Зангиев

Владимир Зангиев

ПОД ЗНАКОМ ПРОКЛЯТЬЯ

(повесть)

© Владимир Зангиев, 2017

ISBN 978-5-4483-8007-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Осенью 1978 года в газете на последней странице, в самом низу, там, где размещаются всякие объявления об утере документов, сообщения о кончине человека и соболезнования близким, предложения о работе и прочее, я прочитал напечатанную мелким шрифтом маленькую заметку о состоявшемся закрытом судебном процессе в городе Брянске.

Подсудимая А. Гинзберг была приговорена к исключительной мере наказания, т. е. к расстрелу за её преступную деятельность в составе карательных подразделений немецко-фашистских оккупантов на территории СССР во время Великой Отечественной войны 1941—1945 годов.

Помню, я тогда про себя подумал:

– Минуло более тридцати лет после войны. Люди привыкли к мирной жизни, народилось новое поколение. А тут, надо же, какие-то каратели, женщина-преступница, расстрел… Чушь собачья. Да и кто же будет расстреливать старуху, когда следующий 1979 год объявлен ООН Годом Женщины. Ведь пока после вынесения судом приговора до его исполнения пройдёт установленный законом долгий срок рассмотрения прошения о помиловании, разных кассационных заявлений, наступит следующий год и судебное решение будет изменено…

1.

На Смоленщине в деревне Малая Волковка в 1921 году в большой крестьянской семье Макара Парфёнова родилась дочь Антонина. Время было трудное – только что закончилась Гражданская война, в стране царила разруха, правительством проводился жёсткий курс на индустриализацию, а коллективизацией сельского хозяйства был нанесён окончательный разгром крестьянским единоличникам. Деревня изнывала под гнётом нового режима. Земля была изъята у частных владельцев и объявлена собственностью государства.

Сельских жителей, как крепостных, собрали в коммуны, называемые колхозами, и, лишив паспортов, оставили им единственное право – проживать в местах приложения их трудовых рук.

Между тем, Тоня Парфёнова подросла и наступила пора идти учиться в школу. К тому времени в их деревню из города была направлена на работу учительница, которая являлась едва ли ни единственным грамотным человеком в округе.