Храм

Чиновники провинции при возможности скрывали от столичных ведомств реальные доходы от торговли и пытались самостоятельно завязывать контакты с заморскими купцами. Разумеется, такого порта, такой прибыльной области держава не упустит. На что же надеется заносчивый наместник? Он не в силах бороться с мощной имперской армией. Чтобы утихомирить мятежников, было решено послать боевой отряд, и возглавить его вызвался отважный принц Рей. Он торжествовал. Само провидение уготовило ему такой случай, именно теперь начнется его карьера славного военачальника и мудрого властелина мира.

Король не возражал, кампания была не рискованной, и все-таки он долго увещевал наследника, подозревая, что Рей попытается действовать по своей воле.

Младший сын принес государю новые огорчения, заявив, что ему решительно все равно, отделится Прадос или нет, но если жители края имеют такое намерение, то его следовало бы, по меньшей мере, рассмотреть.

– Как ты не соображаешь! – воскликнул король. – Жители тут мало замешаны! Это правящая верхушка провинции не желает больше подчиняться законному монарху и, обманывая народ, вовлекает его в бессмысленную бойню.

В чем выиграют простые люди? Ни в чем! Более того, они проиграют, лишившись многих благ, которые дает им сильное и богатое государство. Зато правитель получит безграничную власть, и ради этого он подстрекает подданных к дурной авантюре, умело играя на религиозных чувствах и не только на них.

– Но ведь и для тебя с министрами благополучие населения Прадоса – на заднем плане.

Обидно терять столь богатый регион.

– Ну, разумеется! – вспылил король. – Разумеется и это! Но почему ты высказываешься так, как будто упрекаешь меня? Ведь ты принц и в числе первых должен заботиться о процветании своей родины. Когда ты научишься мыслить как именитый гражданин великой империи?

– Никогда.

– Почему же?!

– Потому что к такой науке я совершенно не способен. Ты выкрикнул, что я ничего не понимаю. Это так, мне тяжело принимать всерьез напыщенные речи, секретные козни и хитрые махинации, кто бы их ни конструировал.

Я не игрок в злокачественной возне, безыскусно прикрывающейся жалким пустословием. Можно долго обсуждать любую ситуацию и снабдить правотой каждую сторону, потому что и на поприщах и в побоищах все действия связаны и взаимообусловлены. Есть знатоки и любители выводить закономерности из событий, отыскивать центры тяжести, давать оценки и делать сенсационные переоценки. Меня это не занимает.