Одиссея одинокого волка

– Я на семь ветров иду, но не пойму где я, запутался либо?

– Тебе каких семь ветров?

– Не пойму, что за посёлок? Это Рыбачий?

– Какой Рыбачий? Это не Рыбачий, это посёлок Серый!

– Да и впрямь серый, народ кругом весь серый, грустный! Всё вокруг мрачное, неуютное! – мысленно удивился Николаич, а вслух спросил, – А где это?

– А ты что, не знаешь?

Кап-два удивлённо посмотрел по сторонам. Знакомая бухта посёлка, где он жил, сопки.

Народ в форме, но все пьяные в шею. Да и название посёлка другое.

Странно всё это, ужас как странно. Оглянулся, дом вроде его.

– Не дурак ли я, – подумал встревоженно Николаич.

Постояв с минуту, решил вернуться домой. Вышел в шинели, по форме, а принялся подходить к дому, стал в пиджаке гражданском.

– Зайду, с окна посмотрю, – подумал он.

К себе заходит, дверь открывает в квартиру, и оказывается перед обрывом. Продолжения дома нет, одна дверь от квартиры осталась. Тогда он повернулся и спустился к соседу на первый этаж.

У соседа входную дверь открывает, но вместо угловой трёхкомнатной квартиры, попал в непонятную одну комнату, дверь как от шкафа навесили входную.

Вырисовывалась полная чушь.

От этого странного, тяжёлого сна Николаич проснулся с тревожным чувством.

– Явное наваждение, – подумал он, – по всей видимости, посёлку приходит кирдык! В прошлом месяце встретил сослуживца. Он сообщил, что народу в посёлке уменьшилось в три раза. Здания рушатся. Новый построенный Дом офицеров флота назвали Домом культуры. Дом, где я жил, сейчас не жилой, забросили.

Прошло двадцать лет, как уволился и с семьёй уехал из посёлка.

Николаич тяжело вздохнул и посмотрел на часы. В другой день ещё повалялся бы в постели часика два, но сегодня пора вставать, идти на работу. Он тяжело поднялся с кровати и нехотя пошёл в ванную комнату.

Открыв водопроводный кран, он сунул голову под струю холодной воды, что била сильным напором. Брызги влаги стремглав залили упитанные, покато-мускулистые плечи, упругую спину.

Множеством юрких ручейков, стекала с головы по толстой крепкой шее на грудь.

Обдавая голову и тело холодной, голубовато-прозрачной энергией, что уносила вместе с проточной водой весь скопившийся чёрный негатив.

Возвращая организм к бодрости, лёгкости мыслей и физическому здоровью.

Плеская воду на живот, спину, грудь, Николаич стал активно растирать и массировать руками мышцы. Выпрямившись перед зеркалом, посмотрел на помолодевшее лицо, на крепкое, сбитое тело.