Как стать контрабандистом

– Всё. Готов, – сообщил я стоящему в коридоре охраннику, – Куда идти?

– Следуйте за мной.

Меня немного мотало, но я мужественно концентрировался на спине охранника и старался следовать за ним, не особо цепляясь за стены. Поднимаясь по какой-то лестнице, я вспомнил, что забыл очки в камере, но это меня только позабавило.

Если уж древнегреческая Фемида как и римская Юстиция вечно торчат в разных злачных местах с повязкой на глазах, то мне само провидение велело быть без очков. Соблюдаем status quo[51 - Статус-кво – текущее или существующее положение дел.

]. Хотя, если честно, мне эти идиотские статуи напоминают доинтернетную студенческую развлекуху, когда девице завязывали глаза и она, используя конвейерный вариант blow job, определяла своих знакомых по их эрегированным выступам. Видно древние зашли ещё дальше, раз этим дурным бабам выдали весы и меч. Наверно там ставки были выше, и loser прямиком отправлялся в хор кастратов, а неудачник к месту ближайшего погребения. Со счастливчиками неясно. Иные времена – иные нравы.

Охранник распахнул какую-то дверь, и мы вошли в полутёмную комнату, которая освещалось только яркой настольной лампой. Какие-то люди сидели на стульях у стены. Я помотал головой и снова яростно потёр лицо. Без всякого реального эффекта. Хрень какая-то, право слово. Явился как скуксившийся хрюндель перед революционной тройкой[52 - Тройка – триумвират, комиссия, состоящая из трех членов. Орган внесудебного вынесения приговоров, существовавший в 1937-38 годах в период чисток.

].

За моей спиной загундосили. Я что, стал финскую речь воспринимать с таким ужасным акцентом? Пришлось опять помотать головой и уловить, что допрос начался в 20:15. Значит, это толмач говорит. Даже почти по-русски. Но я так и не понял, что за люди собрались вокруг. Да и пёс с ними. Надо будет – опять познакомимся.

– Назовите ваше имя… место рождения… образование… род занятий, – слова доносились как сквозь вату.

Я начал нудно говорить с ужасом понимая, что если остановлюсь, то забуду о чём только что говорил.

Меня по несколько раз переспрашивали. Потом отстали.

«Ёжик в тумане», – мутно вертелась только одна мысль, – «Как бы не захлебнуться в этом киселе. И выйдет отсюда колобок, как обритый ёжик. Знахабнiлий москаль».

– Ваша коммерческая деятельность?

Я стал рассказывать, с явным недоумением замечая, что фразы получаются какие-то угловатые и малосвязанные. И за язык цепляются.