401—500. Стихотворения

И каждое обманывает бедный кусок зверя.

Ты не бойся. Ты просто не слушай.

Ты лучше всех. Ты лучше всех.

Тишину целебную мою покушай.

Смейся надо мной. Я люблю твой смех…»

Зверёк мёрзнет, дрожит, прячется….

Холодной звезде разума всё равно…

Что же это во мне? Как Богу, тебе плачется.

Частичка зверя… Она сердцем была… давно…

Улучшения быстро меняют цвет

Как голодный волк, я хочу есть.

И слушать что-нибудь вроде «Агаты Кристи».

Не потому, что нравится. Просто надо

Из глаз вместо слёз сочится лесть.

Не моих. Браслеты жгут мои кисти…

Я, видимо, в шаге уже от ада.

Как труп, я хочу спать.

Достали стихи. Грусть достала.

Ползти по времени слизнем или улиткой.

Не нужно то, что могу достать.

А недостижимого жаждать устала…

Мир за кладбищенскою калиткой.

Я хорошая и хочу стать хуже.

Забей на свет – и сможешь умереть.

Почему-то играет «Пелагея».

Люди похожи на свои отражения в луже.

Иллюзорные жизни легко стереть.

Душу – выкинуть, если больше не греет.

Я хочу остаться совсем одна

И ничего, ничего не делать.

И уж тем более не творить.

Раззвенелась сегодняшняя тишина.

По адову кругу белкой бегать.

Как следствие – потребность любить.

А любимой не быть.

В добре не разлагаться.

Быть со злом, чтоб уберечь свет.

Забыть про небо и не выть.

Не плакать. Улучшить не пытаться.

Улучшения быстро меняют цвет.

Испоганить бумагу танцем кисти.

Дописать хоть одну книжку.

А потом самой же прочесть.

Говорила же я про листья.

Остерегала мальчишку…

А теперь я просто хочу есть.

Роботы

Живёшь в промежутке между «было» и «будет»,

Пугающе чёток компьютерный мозг.

А ты совершеннейший робот из мяса…

Замыкаешь ничто… вечность тело остудит

И дождём смоет неистинный лоск.

И над тобой всколыхнётся чья-то лживая ряса…

Нельзя было родиться лучше и стать совершеннее.

Творец вживил в нашу плоть для нас же заводы.

Но самый главный микрочип всё тленнее,

А растущая сила совсем лишает свободы…

Регенерация, рост – роботов лучше нельзя создать….

А мы жизнь хотим железу дать…

А сверху маслом намазано небо… Красивое

Жизнь похожа на ломтик хлеба.

Не знаю, чем, но похожа.

А сверху маслом намазано небо.

Оно чем-то на масло похоже тоже.

Между жизнью и небом – я.

Ни того, ни другого не съем сполна.