Горький аромат фиалок. Роман. Том первый

– Нет, не понял! – отрубил он, – Я что, по-вашему, должен шпионить за ними?

– Почему ты вечно выделываешься, а? – попыталась урезонить его присутствовавшая тут Бота Хасеновна, – Кто просит тебя шпионить? Вообще было произнесено это слово?

– Есть немало слов, с помощью которых можно дать понять, о чем идет речь. Тебе это должно быть известно, ведь ты преподаешь словесность, – отшил ее Заманжол.

– Да с ним невозможно разговаривать! – возмутилась Тиранова, – Дело кончится тем, что я поставлю вопрос ребром – либо я буду работать в этой школе, либо он! Пусть решает гороно, кто им больше нужен.

– Я всегда считал, что нужен детям, а не гороно, – едко заметил Заманжол, – Остается только пожалеть вас, раз в вас нуждаются только чиновники.

– Да?! Хорошо, я передам твои слова этим чиновникам. Там очень им обрадуются, – пригрозила директриса.

– Делайте, что хотите, Дарья Захаровна. Стучать вам не впервой. Для меня главное – быть нужным нашим ученикам. И чтобы они не сомневались в моей порядочности.

– Да ради бога, Заманжол! Кто покушается на твою порядочность? Мы хотим, чтобы ты отнесся внимательнее к новеньким, ведь мы не знаем, что это за люди. Почему они перевелись к нам? Согласись, это вызывает подозрение, – затараторила завуч.

– Нет, не соглашусь! – осадил ее Заманжол, – Я никогда не отношусь к ученикам с подозрением. Наоборот, добиваюсь взаимного доверия. Мне неинтересно, что у них там произошло. Здесь они должны чувствовать себя равными среди равных.

– Скажи Заманжол, зачем нужен директор, если учителя не будут выполнять ее поручений? Ты не ставишь нас с Ботой ни в грош! Для чего тогда мы здесь? – Тиранова еле сдерживалась, чтобы не сорваться на крик.

Заманжол хмыкнул.

– Дарья Захаровна, вы – администратор. Вот и решайте административные задачи, а не организовывайте слежку за каждым учеником. А Бота Хасеновна должна заботится о правильной постановке учебного процесса, а не насаждать подозрительность. Если вам непонятны ваши обязанности, то зачем беретесь за них?

Директриса побагровела.

– Да он просто издевается над нами! – взвизгнула она, – Он нагло смеется… нам в лицо!

Потом добавила, сжигая непокорного учителя огнем ненависти в своих блеклых глазах:

– Обижайся – не обижайся, но на первом же педсовете я поставлю вопрос о лишении тебя классного руководства.

– Воля ваша, – пожал плечами Заманжол, – Если вы о тех деньгах, что я получаю за классное руководство, то знайте – меня вы этим не испугаете.