Ноль пополудни. История одной девчонки

Когда же иссякший огнетушитель валялся в сторонке, они вовсю, словно снегом, кидались пеной.

– Я же говорила, будет весело!! – безудержно смеясь, бросалась пузырями Женя.

– Ты самая смелая из всех, кого я знаю!! – радостно швырялась Лиза в отместку.

– Нет, это просто `ты трусишка!! – Женя повалила её в пену. – А заешь, что делают с трусишками?.. Их щекочут и обливают пеной!

Глава 2

Вологда. Сентябрь. Одиннадцать месяцев до Ультимум Пунктум.

Во двор типовых многоэтажек ступал юноша. С растрёпанными волосами, в тёплой не по погоде куртке он с сумкой на плече прощупывал рукав куртки, то ли поправляя, то ли проверяя наличие чего-то.

С дорожки вдоль клумбы он ловко завернул на крыльцо отомкнуть дверь подъезда.

Он уверенно взобрался по обшарпанной лестнице, чтобы остановиться у входной двери. Там натянул усталую улыбку и нажал звонок. Звонок не откликнулся. Тогда парень постучал, не забыв улыбку поправить.

За щелчком замка и распахнутой дверью на пороге появилась недружелюбного вида женщина, а из закутков донёсся плач ребёнка.

Парень спрятал улыбку и непонимающе забегал глазами. Похоже, ни один не собирался завязывать разговор. Так за женщиной выглянул небритый мужчина в майке:

– Это мой брат Максим, – как-то неловко пояснил тот женщине.

Максим мялся подобно попрошайке, что клянчит мелочь:

– П

ивет, – скартавил он брату.

Пока женщина успокаивала плачущее дитя, мужчина провёл Максима на кухню:

– Макс, извини, тут такая канитель вышла… – отстранённо вытягивал из себя объяснения, – совсем забыл рассказать.

Думал, ты нескоро вернёшься… – усевшись за стол, неумело изображал тот восторг.

Максим выглядел растеряно:

– Это… я тут… в общем…

– А я женился. Ты уж прости…

– Да ладно, это ж здо

ово… – несколько испугано радовался Максим.

Как будто боясь молчания, он внезапно завёлся и несвязно затараторил о каких-то начинаниях со школьным другом, грандиозной цели и неизбежном прорыве. В итоге минут за шесть исчерпался и стих.

Вряд ли Максим был понят братом, который, точно что-то затеяв, почесал нос:

– Слышь, ты случайно не в курсе, где драгоценности родителей?

Максим отпрянул:

– Ты же знаешь, я тебе их не отдам, – с некой опаской проронил он.

– Просто очень надо. На время.

– Ты опять п

оигрался?

Брат выдержал паузу:

– Люди оказались крайне непонимающими. Мне вот-вот одни должны отдать кучу денег, – тряс тот на себе майку, – а другие отказываются подождать.