Банк. Том 1

Если к электронному терминалу и не подключена клавиатура для ввода ПИНа, продавцы нынче пошли ушлые и даже если подделка не вызовет подозрений, обязательно спросят паспорт – и его что-ли подделывать? Вот коли бы к полосе еще и ПИН прилагался… За границей такое делали – Игнат читал, что жулики устанавливали фальшивый банкомат, который аккуратно считывал и записывал все нужные данные. В том банкомате якобы заканчивались деньги, а потом они быстренько заканчивались и на счетах незадачливых бедолаг, которых угораздило сунуться не туда, куда следовало бы.

Однако, устроить установку фальшивого банкомата еще сложнее, чем подделать карту. «Мечтаешь…» – подумал Игнат. В принципе, ловкачи ухитрялись делать и накладки на клавиатуры банкомата, считывающие ПИНы, но что толку в ПИНе без номера карты? Они-то работали группой – один снимал накладку, а второй после проведения операции крал из кармана карту. Игнат призадумался еще и вдруг его охватило озарение – перед мысленным взором мелькнуло техническое Решение не просто с большой – с огромной буквы. «Какие же дураки делают именно такую накладку? МНЕ тырить карточку и не понадобится! Нужно только решить вопрос с цветом пластмассы, креплением, питанием и докупить кое-что». Пожалуй, для такого придется отказать себе в не только в приобретении одной модели, но и в паре-тройке вечеринок. «Ну что же, для такого надо и ограничить себя кое в чем» подумал Игнат, собираясь на радиорынок.

Со стороны могло показаться, что Семен Моркофьев тоже ограничивает себя самым жесточайшим образом.

Однако, казавшееся самоограничение происходило лишь от крайне ограниченных потребностей Семена, у которого лежало больше, чем по четыреста тысяч долларов в и российском и в немецком банке с сетью отделений в Москве. Собственно, что еще нужно математику для работы, кроме спокойствия, набитых соответствующими книгами стеллажей и возможности разговаривать самому с собой, уже пару лет, как не отвлекаемом воплями жены, на которую он еще за полгода перед разводом совсем перестал обращать внимание. Когда он почувствовал, что проблема, над которой он работал около двадцати пяти лет, возможно, решаема, Семен ненадолго отвлекся от своих дел и обвел жену вокруг пальца с прямо таки с истинно математической точностью. Отец, у которого была квартира в районе Кропоткинской, задышал на ладан, поэтому он развелся с женой, даже обменяв при разделе имущества полученную трехкомнатную квартиру на ее убогую двушку.