Сын. Илья Базарсад, или История мгновения длиною в жизнь

Кадр за кадром – в деталях и мельчайших подробностях прокручивал Жаргал в своей голове снова и снова те обстоятельства, то вынужденное расставание.

Он винил во всем меня, естественно, и не прощал. Я, в свою очередь, не переставала жить с мыслью, что прощения должен был просить у меня он.

Однако, правды, истины и справедливости, как мы теперь знаем уже наверняка, в этом мире не существует, то есть, вообще не существует: по определению! Не существует.

И стоит ли об этом говорить.

Юные и глупые Ромео и Джульетта, трагически-счастливым образом (иначе произведение не было бы гениальным) просто не дошедшие до подобных столкновений, как мы, просто сейчас молчат: им нечего сказать.

Это мы уже были двадцатилетними. И это с нами все случилось так, как случилось.

Одним словом, «никогда ничего не забывающий азиат» ничего не забыл, и про месть, уже его самого вымучившую, тоже.

С точки зрения человеческой психологии все объяснить просто: прощать, забывать, то есть, не помнить, не страдать… могут только личности, покорившие сами себя, победившие свое эго, такие, например, как Будда, Иисус Христос, пророк Магомед (Мухаммед) или некоторые йогины, так называемые «просветленные», ну, может быть, кто-нибудь еще…

Но мы все, дай Бог, можем только стать на этот Путь.

Вот и страдаем по пустякам, растрачивая свою душу на мелкие «монеты»: все «трагедии» именно из-за «пустяков», возведенных людской мыслью в ранг единственно ценного: деньги, власть, амбиции, гордыня… возвеличивание себя над другими – естественно, они пусты, как буря в стакане, и необоснованны с точки зрения нравственных ценностей, с точки зрения продвижения духа.

Гоняемся мы за этими ценностями, а нужно-то всего-навсего, не устаю повторять я, в своем внутреннем устройстве наводить порядок, развивая и расширяя масштаб мышления, тогда чудесным образом выкристаллизуются «ценности» совершенно другого порядка, более достойные звания человека на земле – месте его кратковременного пребывания.

В общем, «хорош философствовать» – опять бы остановил меня Илья.

Ясно одно: вот в чем истинное дело – Жаргал подсознательно, даже не отдавая себе отчета в этом, вымещал всю свою злобу, вызываемую моим образом, на моем сыне.

В этом коварство и «любовь», но по версии Жаргала.

Илья прилетел в Улан-Батор и это было утро 17 августа 1998 года. В России тогда случился первый дефолт.