Былицы

Тут надо было держать ухо востро – ведь могли и выгнать, ведь всегда находились шибко бдительные граждане, и особенно, гражданки. Часто мы, мальцы, помогали друг другу, занимая очередь или пропуская друга впереди себя.

В очередях люди знакомились, взрослые обменивались мнениями, слухами, анекдотами и прочим «народным творчеством».

Нам приходилось в поисках какого-нибудь дефицита посещать отдаленные магазины с разными названиями, иногда весьма удивительными.

Так тридцатый, шестнадцатый и шестьдесят первый магазины – назывались по каким-то мифическим номерам.

Вывесок почти не встречалось, и поэтому эти названия передавались из уст в уста.

«Сорокашка» – это магазин в сорока двух квартирном доме. Хороший магазин, но довольно далекий от нас. Поход в него для меня был опасен, так как путь пролегал через «владения» хулигана Кольки.

«Под аптекой» – магазин, занимавший помещение, где в войну была аптека.

«Керосинка» – просто керосиновая лавка. В ней всегда было холодно и очень едко пахло керосином, потому что им и торговали.

Но продавался там еще один продукт – «Денатурат» – смесь для розжига примусов. Его некоторые бесшабашные натуры пили вместо водки. Умирали, слепли и глохли, но пили!

Были еще «ГорТ», «КоГиз», «Гуторовский» – о происхождении этих названий можно было догадываться, но ими пользовались еще наши родители, а мы приняли их как эстафету.

Красные окна

Как мы любили лыжи! Точнее, катание на них. Выражение «какой же русский не любит быстрой езды» можно отнести и к детским забавам, то есть к катанию на коньках, на лыжах или на санках.

Я уж не говорю о радости от спуска с ледяной горки на простой фанерке.

Мы не устраивали лыжных гонок на длинные дистанции – ведь на валенках, хотя и с креплениями, на лыжах далеко не уедешь. Впрочем, нет, уехать можно, но после того, как я прокатился на «казенных» школьных лыжах, с «ратафеллами» – креплениями к лыжным ботинкам, валенки наши стали казаться обузой.

Однако на лыжах даже в валенках с гор удавалось кататься очень даже неплохо.

Любимыми местами для этого удовольствия считались Соборная горка и красивые холмы в местечке «Кирики и Улиты». На Соборной горке и на близлежащих берегах мы проводили почти все свободное время – всегда удавалось улучить часок-другой среди школьных занятий.

В феврале наступало замечательное время, когда начинались пронзительно солнечные дни. По Пришвину они называются «весной света».