Живые зеркала. Ритмы жизни

Я бы туда взяла папу моего, мою сестру, мою собаку. А ты вот кого с собой бы взял – только честно пиши, кто вокруг тебя с чистым сердцем?

Вот один написал в соцсетях о монахе в монастыре, и говорит, что уж у него точно – чистое сердце, а я скажу – бегство от жизни в монастырь есть трусость тех, у кого сердце нечисто. Убежишь от жизни и кажется, что сердце-то чистое, а вот ан нет! Попробуй монаха в город взять – пусть он там добрые дела делает, а не в закрытых стенах монастыря, где духовные туристы платят втридорога за монастырскую чистоту.

Да к чему я говорю-то? Да к тому, что, наверное, чистое сердце есть только в сказках и преданиях, таких как предание о Ноевом Ковчеге. Сказка-то хорошая, а вот войны на земле не прекращаются. Так что, хорошо тому, у кого чистое сердце, но только не на нашей земле, верно?

Ритм 2 Час признанья

Не отнимай у старика надежды

И не топчи святую красоту!

Не внемли голосу невежды

И не не снимай на телефон звезду!

Не покрывай вуалью пошлость!

Не запихни луну в кулёк!

Не верь в кричащую истошность!

Не прячь медали в кошелёк!

И пусть сияют самоцветы

Но не на пальцах, а в глазах!

Пусть будут люди все воспеты,

Как ангелы на небесах!

Пусть унесёт туман мечтанья —

Забудь ранимости обман!

И пусть любовные признанья

Украсят жизни балаган!

Чистые руки

Вчера позвонил опять папа и сказал, что провел перед телевизором четыре часа, слушая ответы своего президента на вопросы жителей России.

Целых четыре часа своей жизни мой папа слушал того, с кем в жизни никогда не встречался и наверное никогда и не встретится. Я тут же разыскала запись этой передачи на интернете и стала слушать сама. В чем же была магия этого представителя власти? Чем удерживал он людей всей России целых четыре часа? Что он им сказал такого, что поможет им в их жизни?

Где-то после первого часа я услышала то, что давно не слышала ни от одного из политиков: не всегда нужно принимать решения рассудком, иногда надо слушаться своего сердца.

Какие слова! И это из уст высшей власти! Решать сердцем!

Тут я сразу вспомнила своего деда. Тот работал в НКВД, в разведке, с известным разведчиком и немцем, Рихардом Зорге. Дед мой был репрессирован в 37, но не посажен, а просто уволен и лишен всех привилегий: квартиры на Набережной, дачи в Белых Столбах, прислуги и сытой жизни.