Сибирские рассказы

Мне в эту ночь не спать – ледоход будет ещё часов десять! Мать кричала от вашего дома – грозила тебе! Я не пущу тебя, хоть и рядом, а то можешь утонуть, если льдина собьёт твой «пароход». К вам – то льдины не доходят. Матери я крикнул, что тебе опасно плыть, и ты останешься у нас.

Я был несказанно рад и начал опять играться с Афонькой.

Как только потеплело, начали поправлять городьбу вокруг дома и копать огород. Наш дом с одним окном на реку, до которой было 250–300 метров, стоял напротив дома Кобзевых.

Справа был дом Яшки-охотника, а слева болото. Наш огород выходил прямо к лесу, точнее, околку, за которым было поле, и шла дорога в соседнее село – Жирновку. Всего было около тридцати соток, но треть занимала целина, на которой мы впоследствии стали делать из навоза грядки для огурцов и построили сараи для скота. В конце огорода на целине, рядом с болотом, росла раскидистая ветла, на которой у меня всегда висела дуплянка, и скворцы первые в деревне всегда поселялись в ней. А под ветлой колодец, в который я всегда выпускал чебаков, выловленных в реке, а затем опять их удил.

Для ремонта городьбы вырубали в околке жерди, и заменяли вместо гнилых. Двор, где были грядки, мы огородили тыном (между жердями тесно переплетали прутья) от проникновения курей.

Как только начал таять снег, сразу же мы с братом сделали два скворечника. Мой был на ветле, а Шуркин – на жердине напротив окон. Тревожно спали всю ночь – займут ли? Чуть свет проснулся, слышу свист:

– Шурка, проснись! Скворцы, кажется, прилетели!

Подскочили к окнам – точно! На Шуркином скворечнике сидит пара чёрных птиц и заливается серенадами! А как же на ветле? Не одеваясь, выскочил в сенцы:

– Ура! Шурка! У меня шесть скворцов! Драка идёт между ними… Знать, мой скворечник или ветла им всем понравилась! Ну, пусть дерутся! Кто – то же победит…

Мать ворчит:

– Да одевайтесь уже! Хватит торчать на улице! Никуда не улетят ваши скворцы.

Поешьте, и чтобы сегодня откинули всю завалинку от дома, чтобы не гнили брёвна. А потом продолжайте, дети, копать целину.

Впервые мы научились ловить рыбу. Удочки у нас немудрящие. Палка из гибкой ветлы или тальника, обыкновенная нитка вдвое, втрое, поплавок из сухого тростника – камышинки и крючок из иголки, обкаленной и согнутой. С крючка рыба часто срывалась, т. к. не было бородка, как у современных фабричных крючков.