Роды. Partus

Когда Неманя был маленьким, он соревновался сам с собой, думая: если я буду хорошо себя вести, папа обязательно приедет. Если буду хорошо учиться, мы с мамой больше не будем жить одни. Когда Неманя подрос, он тихо плакал ночами, чтобы мама не услышала. Мужчина, который просыпался в нём, наказывал его угрызениями совести, чтобы потом наказывать и его мать. Неманя обижал мать, потому что был слишком слаб, чтобы расти без отцовской помощи.

«Я чуть не потеряла его», – подумала Дара. Она поцеловала и обняла Неманю, и ей стало больно от воспоминаний о молчании своих родителей и о годах, проведённых без них.

Во время нападения НАТО отец прислал телеграмму. Короткое сообщение «Приезжайте домой». Дара на него не ответила.

Каждый год в конце октября мать украдкой посылала ей яблоки с соседом, который ездил на рынок на грузовике. Он подъезжал к Дариному дому, оставлял на кухне мешок яблок и выпивал рюмку ракии. Говорил он немного, не рассказывая ничего особенного о матери и отце, и быстро уезжал, чтобы не пропустить торговлю.

«Они в порядке», – говорил сосед. – «Как обычно». «Как обычно?» – думала Дара. Ей не хотелось больше ни о чём спрашивать. Перед Новым годом, несколько дней назад, сосед неожиданно привез корзинку сыра. «Мать просила передать тебе, что у них родилось три пары ягнят-близнецов», – сказал он без вступления.

Неманя, который в это время завтракал на кухне, с любопытством взглянул на мать:

– Я могу на них посмотреть?

– Дедушка бы тебе обрадовался! – ответила Дара. Ей захотелось поехать на Тару[6 - Тара – горный массив, расположенный в западной части Сербии].

Скоро начнутся рождественские каникулы. «Нам тоже есть, куда поехать», – подумала она.

Даре стало весело. Она расскажет Немане о поездке сразу после Нового года, удивит его.

– Человек, у которого есть семья, никогда не останется одиноким, – вместо этого сказала она.

Неманя посмотрел на неё.

– И когда её нет, он тоже не один, – сказал он.

– Надо знать свои корни, – сказала Дара Немане и подумала о его отце.

 – Жизнь всё расставит по своим местам, – заключила она без дальнейших рассуждений.

Неманя поднялся. Квартира утонула в темноте. Он зажег свет.

– А ведь мой папа мог и умереть, правда? – спросил он Дару, стоя в дверях.

– Но он жив, – ответила Дара.

Неманя подошел к матери, чтобы обнять ее. Дара улыбнулась, почувствовав знакомый запах.

Дым, поваливший из кухни, заставил их подбежать к плите. Булочки, которые Дара пекла для пациенток, пригорели.