Босяцкие баллады

2014

Звериной тропой

За спиной с котомкой,

во скрице с махоркой,

шеркая дорогу на северном драю,

шагает бродяга по суровому краю…

Во стеганке от воряги

и с палицей из коряги,

шаркая по снегу стопкою хромой,

шагает бродяга звериною тропой…

Скиталец из ниоткуда прикатил,

таче моментом в никуда укатил;

силуэт свой испарился в тумане,

дикою стегой скрылся в гумане;

над варнаком сонца не светила,

всего одна птица его встретила…

Вентал он подальше от лагерей,

снова драпал от собак и егерей;

гантер за торсом успел смолить,

а вандер корсом сумел свалить;

не схапал телом винта маслину,

не попал он в капкан и трясину…

Без цели таче ландал тропками,

луна седая вышла над сопками;

приложил ко своей ране листок,

да напоил вешнею водой исток;

задремал он под старой сосной,

и полыхал огонь в тиши лесной…

Возле смаги повитает в кимани,

от дремли встанет он в димани;

затем добычу положит на крагу,

примет пищу и выхлит на драгу;

ранец полный за плечи закинет

и место ночлега своего покинет…

***

Из кичи гнилой давно смотался,

но в дичи лесной шпан остался;

шатался он по северным горам

и охотился по звериным норам;

по таёжным тропам он кочевал

и на снежном покрове ночевал…

Не искал тепла в домах уютных

и рыскал во стронах нелюдных;

дыбал один крозе бору и холод,

испытал на шкуре дору и голод;

не жахался ни от лютой погоды,

стал он газаном другой породы…

Не шевелит он ногами за порог,

а скитовцем стал зимних дорог;

нету за спалами двора и семьи,

сыном он стал северной земли;

дом его не знает окон и дверей,

ищет он кентов у диких зверей…

Не доживёт он до старости лет,

здоровья и такой крепости нет;

сгинет он в неведомых берегах,

откинет коней в родных снегах;

после смерти падали не найдут,

за бригантом издали не придут…

За спиной с котомкой,

во скрице с махоркой,

шеркая дорогу на северном драю,

шагает бродяга по суровому краю…

Во стеганке от воряги

и с палицей из коряги,

шаркая по снегу стопкою хромой,

шагает бродяга звериною тропой…

Таёжный Волк, 04.