Другая физика

«Да что ж это такое?…» – Степановна вконец растерялась, почувствовав какую-то зловещую внутреннюю связь с этой лярвой, как будто их действительно соединяла пуповина…

– Ну, что с тобой, мам? Тебе не милицию, а «скорую» вызывать надо!

– Не надо «скорую»… – едва слышно произнесла Степановна, – зови милицию или сама гони её в три шеи!

Смех лярвы довольно внушительно раздался снова. Внутри у ослабевшей женщины что-то ёкнуло, как будто её и вправду дёрнули за невидимую ниточку…

– Да кого гнать-то, мам?

– Ты что, совсем ослепла и оглохла? Вон же в кресле развалилась!

– Да нет же здесь никого!

Степановна приподнялась и ахнула… Девица опять пропала.

– Галь, ты посмотри под столом… И под кроватью… Может, она за шторой прячется?

– Да ты хоть объясни, кого найти нужно?

– Да лярву!

– Какую ещё лярву?

– Девка такая бестыжая, лохматая, с крашеными губами! Ты что, и не заметила, как она в дом вошла?

– Мам, ты успокойся. Просто ты перегрелась сегодня на солнышке. Спишь на ходу… Это тебе приснилось что-то…

«И то правда! – с надеждой подумала Степановна.

 – Лягу спать, и пройдёт всё… Ну, ведь, если б она была, она бы никуда не делась… Померещилось. Старею…»

– Иди, иди, дочь. Показалось, наверное…

Галина тихо прикрыла за собой дверь. Степановна хотела выключить свет, но подумала и оставила. На всякий случай. Она укрылась одеялом и почти уже успокоилась, даже рискнула закрыть глаза, как вдруг в лицо ей ударил отвратный шёпот:

– Ты что же, думаешь, отделалась от меня? Ну, нет! Кто ж оставляет своих чад некормлеными на ночь?

– Да что тебе надо от меня, дрянь ты этакая?

– Яблоко от яблони, как говорится, мало чем отличается.

Уж если кто-то и дрянь, то я просто её отражение.

– Ты на что намекаешь?

– А что мне намекать? Я тебе и прямо могу сказать. Я – это твои ну просто замечательные мысли и слова. Только все своим словам и мыслям нужное место находят, поэтому и живут с ними в мире. А ты куда меня послала? К соседке своей? Я там была.

Но мне там делать нечего: не про меня она! А кушать и жить мне хочется так же, как и всем. Так что, давай, делай что-нибудь.

– Да что делать-то? Хлеба, что ли, тебе принести?

– Вот именно. Только не того, каким вы своё тело питаете. А тот, на который ты меня обрекла.

– Да ты говори прямо, хватит темнить.

– Уж если кто натемнил, так это ты. Вспоминай, что ты говорила про соседку? Так вот, мне по меньшей мере нужны голодранка, проститутка и дебил.