Молитва «Гранд-Каньон»

И не случайно именно поэзия Серебряного века волнует автора: пытаясь переосмыслить прошлое, он хочет сформулировать собственный закон творчества.

Виртуозность, артистизм в поэзии, как и умение перевоплощаться на сцене, завораживают. Поэт выступает во многих лицах, его лирический герой всегда в активной позиции: «Я – Робеспьер, гроза французских сходок!», «Я – Гамлет», «Это я – Данте Алигьери! Ходил за черту к Беатриче».

В стихах Антропова сквозит дух эллинизма и Рима, неповторимость эпохи Возрождения, романтика и драматизм французской революции, великие потрясения ХХ века.

Его героями, собеседниками и друзьями становятся исторические личности и современники. В попытке связать все временные пласты от античности до современности проявляется стремление молодого поэта понять, оценить жизненные реалии и найти свое лицо в настоящем мире.

Размышляя о жизни, о вечности, путешествуя в пространстве и времени, поэт как бы гипнотизирует пространство, борясь с пустотой. Его лирический герой вырывается в звездные миры и глазами Создателя смотрит на необозримый горизонт, который несоизмерим с вещным миром.

Полумесяц хлебает из чаши Весов

Андромедный нектар ста Возмездий.

И канат Немезиды края полюсов

Натянул на экватор Созвездий.

Многие стихотворения Николая Антропова проходят под «знаком смерти». В сознании художника смерть соотносится с картинами Страшного суда, возмездия.

Страшный суд на тень Армагеддона

Девять язв прольет. И нощный мрак

Осенит мой путь…

Трагические, тревожные мотивы отражают трагедию бытия.

Чуткий поэтический слух воспринимает окружающий мир на грани вселенской катастрофы.

Неужели восходы багровей и злей?

Неужели магниты тлетворны?

Мы как дикие Сирины звездных полей

Проклевали небесные зерна.

Воспринимая жизнь в ее мрачной безысходности, поэт ищет возможность иного исхода – в попытке преодоления гибельной судьбы.

И руками трогать высь колосьев

Мне никто не запретит из сих людей.

Разомкните золотые оси —

Эльдорадо световых путей.

Поэтический мир Николая Антропова возвышенный, романтичный, но в то же время земной, узнаваемый, близкий. Это великий дар – превращать обыденность в поэзию. Какой бы темы ни касался автор, на первом месте для него всегда стоят извечные истины.

Оплывают медовые свечи,

На подсвечнике стынут и вновь

Шепчут в мраке: «Вечны, вечны

Только Вера, Надежда, Любовь…»

Поэт многие свои стихи посвятил войне, Родине.