Полное и окончательное. Хроника мифа

 – Главное, хотеть слышать все лучше и лучше! Все зависит от тебя! Улучшение есть!»

Я слышал его, и верил, и хотел… А потом он пропал куда-то, так и не закончив мой курс лечения: по слухам, то ли сам слег в больницу, то ли в запой ушел – не знаю. Все равно, спасибо ему, а также всем его «братьям» в белых халатах и сестрам медицинским – тоже.

По сути, опять меня спасли, в очередной раз выходили; что ж: очередное спасибо. И, пожалуй, остановимся на этом – хватит. ХВАТИТ МЕНЯ СПАСАТЬ. И выходить (и входить тоже) хочется уже самостоятельно, и стоять – самому тоже.

И убирать за собой я могу сам. Вот только…

«Гудит, как улей, родной завод…»[7 - Из народного фольклора. Так звучит первая половина одной, советских времен, поговорки про работу, которая имеет несколько разных вариантов концовки. Впервые я увидел ее в романе Виктора Пелевина «Бэтман Аполло». Оттуда же взяты и четыре следующих сравнения.]. А также, как «фабрика», «мотор», «генератор», «электростанция». Добавлю и своих ассоциаций: как холодильник, микроволновка, стиральная машина, пылесос, трансформаторная будка, ливень с грозой за приоткрытым окном, швейная мастерская, вагон метропоезда у открытой форточки, мчащиеся по трассе карты, аэродром, с непрестанно взлетающими и садящимися самолетами… А еще иногда, как бесконечно настраивающийся и никогда до конца не могущий настроиться симфонический оркестр – и вот тогда это становится почти невыносимым.

О чем это мы? Пелевин говорит о некоем фантастическом, на первый взгляд, органе в человеческой голове – «уме „Б“», постоянно вырабатывающем боль и страдание[8 - В.

 Пелевин, «Бэтман Аполло». Этот «генератор страдания», «электростанция стоит в каждой человеческой голове». Больше того: «я» и ум – это одно и то же. Человек – это и есть ум «Б», «фабрика боли». Все люди – это «просто батарейки матрицы», выведенные специально для производства страдания, которое является пищей для Великого Вампира. Сознание человека – это печка, где она готовится. ]. Я – о конкретной, двадцатичетырехчасовой реальности своей головы: о шуме, точнее шумах, которые там постоянно раздаются…

Головная боль прекратилась почти полностью недели через три после того, как я пришел в себя в больнице под Новый 2009 год. А шум остался – разный: громыхание, гул, гудение, жужжание, журчание, плеск, шорох, шипение, свист, звон… постоянно колеблющийся – от тихого шелеста до свирепого рева – непредсказуемый.