Мой удивительный февраль. Том 1. О личном и вечном

Карьерный путь у Паши долог был:

Он начинал лихим геологом,

Но, посчитав, что это дорого,

Он надавил на тормоза.

И до конца ещё не ведая,

Он гаражом своим заведовал

И, как обычно, не обедая,

Пылил «УАЗиком» в глаза.

Потом ему открылось виденье —

Он перешёл на телевиденье.

С тех пор его всё время видели

В огромном джипе за рулём.

На стойкость он держал экзамены,

Чтоб за три дня до Белокаменной,

И там с Валерою не камерно

И, вероятно, не вдвоём.

Всё это кончилось не сразу.

То ль запретили, то ли сглазили,

И в руководство нефтебазою

Он сделал правильный занос.

И там под крышей Абрамовича,

С негласной помощью Петровича,

Сумел добиться в жизни – Во ведь чё!

Решил квартирный свой вопрос!

Но отказав в доверье, в визе ли,

Казалось бы, его унизили,

И с этой должности понизили,

Но это счастье, а не зло.

«Сибнефть» и «Юкос» – тема скользкая,

И по желанию «московского»

Пришили б дело Ходорковского,

Так что, считайте, повезло!

Иначе б со статьёю Пашиной,

С тоской детишек и Наташиной,

Со всеми день рожденья нашими

Мы бы расстались на года.

А так, не глядя на сумятицу,

Отправив все печали в задницу,

К нему, как водится, под пятницу

Мы соберёмся как всегда!

Мы все приедем без сомнения.

И, несмотря на наводнение,

Где грязи тоннами, не менее

Спустил наш родственный Кузбасс.

И если вырастит уродина,

Так потому она и Родина:

Со всех краёв, не наше вроде бы,

Всегда стекается на нас.

Тому никто не поражается,

Серёга с рифмами сражается,

И настроенье поднимается,

Мы едем, дайте только срок.

А Паша, пусть и не красавица,

Когда он с нами набирается,

То на гитаре всё играется,

Ну, прямо, Юрий Визборок!

И соблюдая все традиции,

И не нарвавшись на милицию,

С такими радостными лицами,

Мы ввалимся через порог.

Сюжет не скучный получается.

Пусть это счастье не кончается,

Пусть дни рождения случаются

Всегда – и в будущем и впрок!

    апрель 2004

Двойной вальс

Я сегодня в сомненье двойном,

В две дороги мне выпали карты.

Окружают меня «два в одном»,

Унижают двойные стандарты.

Когда их за двуличность винят,

А оно никого не задело,

То, конечно, осудят меня

За чужие грехи, не за дело.

И тогда утопаю в вине

В состояньи высоком, астральном,

Где двойная мораль не по мне,

Где привычнее быть аморальным.