Спички

Уж не по душе мне играть ни в единой сборной,

И новый придумал футбол я в сердце моём:

Выходит один на поле с душой упорной,

И все двадцать двое играют с одним игроком,

Где чисто играют, а где «подкуют», попинают,

Где в спину двумя руками толкнут на бегу,

Где слово обидное скажут. Игрок же играет.

Я сам тот игрок. И ни жалобы, ни гугу.

Понятно, что в этом поле одни лишь ворота,

И ясно, что сложно забить в них победный свой гол,

Но если забьёшь, «победил Слава Ладогин». Вот как.

«Зачем же?» – спросил я себя и ответ нашёл:

В том матче, где гол я забил головой в девятку,

Я руки увидел – из воздуха – взявшие мяч,

И внесшие в угол, и дивно мне стало, и сладко

От их красоты, и огонь в моём сердце горяч.

Я не знаю, что нужно, чтоб я их увидел снова,

Но думаю, нужен почти невозможный гол,

И если я прав хоть на ноготь, то, честное слово,

Нет лучшей игры, чем Ладогинский футбол.

Пропасть

1.

Вот, ты, моя радость, не любишь моих

Народных баллад за корявости…

С другой стороны – ну куда мне без них —

В серебряный век и кудрявости?

Живей меня – в кузню хороших манер,

Да перековать мои слабости,

И выйдет оттуда – такой кавалер! —

Что горло заноет от сладости.

Даёшь перековку, ни шагу назад!

Жаргонами больше не «ботаю»!

Долой этих уличный слов зоосад,

Смотрителем где – я работаю.

Гиен и волков, ядовитых змеюг

На зебр поменяем

с жирафами.

Жаргонные фразы, вам скоро каюк!

Мужланы, хотите ль быть

графами?

2.

Я сам по себе никуда не гожусь,

Вся песнь! Весь язык мой, всё начерно!

Скорей же к тебе! – в тачк………… в авто я сажусь,

Которое взял я на Нансена,

А там, в этой тачке… тьфу, в этом авто

Шансонская радиостанция,

Унылый пошляк завывает про то,

Что «в жизни, бродяга, скитался я», —

Что «Пропасти, братцы, я встал на краю», —

Что, – «Рвётся душа, в пропасть падая», —

Что, – «РРР… столько лет отдыхал я в раю», —

Рычит магнитола хрипатая.

И я, чтоб не слышать, стал сам говорить,

Слова выбирая не «зверские»,

А так, понежней: «Надо переварить», —

Сказал я, – «Причины бы – веские,

Зачем «Я у пропасти встал на краю»

Сует обязательным образом

Вся русская улица в песню свою,

С надрывным при том ещё голосом?

Возможно, у всех нас характер такой», —

Сказал я водителю, – «Кажется

В России всем – пропасть, мол, передо мной,

Бултых… и кровавая кашица»…

3.