Мы – красные кавалеристы. Роман

Принесли и поставили прямо на щербатом перроне дощатый столик. Пододинули табурет. В раскрытую тетрадку стали записывать фамилии добровольцев-красногвардейцев. Четверо в разномастной – ни военные, ни гражданские – одежде притащили почти волоком от вагона тяжелый ящик. Утеревшись рукавами, присели прямо на ношу. Подошел человек в потертой кожаной куртке, строго скомандовал. Все четверо поднялись с ящика. Выдергой сковырнули крышку. Развернули замасленную желтую бумагу. Из-под нее блеснули вороненые стволы винтовок.

К столику выстроилась очередь. Записавшись в тетрадке и там же расписавшись, мужики подходили к раскрытому ящику. Получив винтовку, пока еще без патронов, красногвардейцы направлялись все тем же строгим человеком в кожаной куртке к товарному вагону, где происходила выдача риса добровольцам. По два пуда на человека.

Вечером из форточек многих квартир железнодорожных казарм тянуло запахом вареного риса. Ребятишки сглатывали слюну, заглядывая голодными глазенками на раскаленную печь, где в кастрюле прела каша.

– Добрый винторез. В тайге сгодится, – любовно поглаживал гладкий приклад, цевье, ствол кое-кто из добровольцев-красногвардейцев. – Только бы патронов разжиться теперь. Обещали, правда, дать. Тогда и на охоту не грех сбегать.

– Да, паря. Таким винтом любую животину можно положить. Ни один сохатый не убежит, – цокал языком, восторженно глядя на предполагаемую кормилицу собеседник. – Только бы насчет патронов сдержали слово.

– Обещали, значит, дадут. Куды денутся, коли беляк прижмет?

– И что? В своих стрельнуть можешь?

– Каких своих?

– Ну, ежели сосед твой Куприян или вон кум Митяй повстречаются. Говорят же, что оба они у Семенова…

– Не знаю, – пожал плечами доброволец.

– А ежели не знаешь, зачем записался в отряд самообороны?

Все стали записываться и я записался. К тому же рису вот отвалили.

– Что же, из-за рису теперь голову подставишь?

– Может, еще обойдется.

– Ага, обойдется.

– Поживем – увидим.

Оба замолчали.

– Ладно, пойдем кашу есть, вон баба уже мисками стучит.

– Пойдем, отведаем твоей кашки. Лишь бы только из того риса кутья не получилась.

– Сплюнь, не каркай…

* * *

В лобовой рубке конников атаку казачьей лавы красные не всегда выдерживали.