Мамочка из 21-го бокса

– Мария, готовьтесь к выписке, завтра с утра можете быть свободны!

Она оглядела Варюшку еще раз.

– Вот видишь, как она изменилась. Теперь настоящая! Вон какая крепкая. Давай-ка взвесим ее.

– Сколько-сколько, – спрашивала меня Ольга Петровна, поглядывая на весы. Варя тянула ко мне свои маленькие ручки, а на дисплее высвечивалось 3209.

– Ну, вот! Нормальный вес – можно выписывать! Кушает как? Хорошо?

– Да.

– Ладно. Я пошла. А вы готовьтесь.

Я набирала мужа, а он все не брал трубку.

– Ма-аш…

– Вадик, нас выписывают! Ты приедешь завтра?

– Во сколько?

– Чем раньше, тем лучше.

– Хорошо. – он замялся.

– Что такое?

– У меня денег нет.

– Замечательно! Как водку жрать, так у него и деньги, и друзья, и время есть. Как жену с дочкой из больницы забрать – ничего нет! – я рвала и метала.

Он молчал.

– Так… Ладно… Вот где позорище-то а! Короче, ищи машину, у меня деньги есть. Я сама заплачу. Ты, главное, купи коробку конфет и бутылку Шампанского на выписку.

– Хорошо, Машенька.

– Всё! Свободен!

– Целую, люблю, пока.

– Пока.

Я негодовала. Опять все проблемы приходилось решать самой. Что за тряпка?! Как можно быть таким тюфяком????? Эх! Ладно! Потом об этом подумаю – надо вещи собирать.

У меня набралось несколько пакетов. Странно, сюда ехала, вроде, меньше всего было.

Кто-то пронёсся мимо коридорного окна, и в комнату вбежала запыхавшаяся Танька:

– Ну как?

– Чего «как»? Нормально.

– Спасибо тебе большое. Я пока ездила, вся испереживалась.

– Ну да ничего, мы справились.

Танька стаскивала с себя штаны и переодевалась в халат. Я укладывала вещи.

– Пойдём в столовку? Чая попьём, – предложила мне Танюха.

– Ну, пошли, когда ещё с девчонками увидимся. – встала с кровати и я.

За белым столом у большого окна, как обычно, уже сидели Маринка, Шурка и Аленка.

– Девчонки, давайте к нам за стол, – позвали они нас.

Мы сели.

– Что? Опять чай со сгущенкой пьете? Скоро уже на него и глаза смотреть не будут. – Подтрунивали мы над ними.

– Ага. Пьем. А куда деться? Сказали ж всем, что, ежели так пить, молоко прибывать будет. Вот и пьем, – разбалтывали они чай молочного цвета в своих чашках.

Я налила себе такого же напитка. И Танька. Мы светились от счастья, и это было заметно.