Папа для юного дракона

– Марьяна, признайтесь, что терять вам по большому счету уже нечего, графство со дня на день будет объявлено банкротом, – он тоже перешел на серьезный тон. Как ему не хотелось портить ее игривого настроения, но обстоятельства этого требовали. – Мое же герцогство процветает. И поверьте, я к этому имею прямое отношение. И послезавтра я обязательно принесу рекомендации от очень серьезных и уважаемых лиц. К сожалению, быстрее обернуться туда-сюда не успею. По рукам?

И что отвечать тому мужчине, который все так четко разложил по полочкам и при этом параллельно умудрялся играть с ее сынишкой, что Верес и не вспомнил о существовании мамы?

– Я согласна, – просто ответила Марьяна и крепко, почти по-мужски пожала руку Алана.

Глава 5

У Графини Розенталь были ровно сутки на то, чтобы принять окончательное решение. Она особо не ждала рекомендательных писем, которые Гольденброук обещал ей принести. Понятно, что герцогу достаточно обратиться к парочке друзей, рассказать о простодушной дурочке-графине, и они напишут все, что угодно.

Это было неприятно. Но в ее жизни за последние три года произошло столько неприятностей, что она научилась не обращать на них внимание. Тем более что эти письма сама же и потребовала.

Поэтому женщина сутра собралась, нарядила Вереса в праздничный костюмчик и на вопрос:

– Мама, бду? – ответила утвердительно. Этим странным словом малыш обозначал выход на улицу.

Брин заранее получил приказ подготовить бричку. Но сегодня на его услуги в качестве кучера Марьяна не рассчитывала.

Он ее уже однажды подвел, а теперь от орбургского общества скрывать было нечего. Она сама управлялась с лошадью. И решила, что пусть общество принимает этот факт как хочет, ей уже все равно.

– Леди, а может все-таки я? – конюх виновато теребил шапку, не смея поднять глаз на хозяйку. В трезвом виде у него сохранились зачатки совести. Она на него не сердилась, принимая таким как он есть. Только все же решила его участь не облегчать. Пусть немного помучается.

– Брин, я уже давно не маленькая девочка и лошадью управляюсь не хуже тебя, – пожала она печами.

 – И сегодня не вижу смысла соблюдать какие-то условности. Так что занимайся делом. Лучше стойло подлатай. Совсем ворота прохудились. Скоро Звездочка пойдет гулять, когда ей заблагорассудится, а не когда нам с тобой будет нужно.

Конюх тяжело вздохнул, подобрал валявшуюся рядом с конюшней бесхозную доску, а Марьяна хлестнула вожжами и направила лошадь в сторону дома Шмоловичей.