Красавица и чудовище

Расстелив постель, Элис объяснила Краснову, что и где находится и как найти ее или Алекса, если вдруг что-то понадобится. Дождавшись, пока ребенок ляжет, выключила свет, закрыла дверь и вернулась в гостиную.

– Как сын Лизы оказался ночью в твоей квартире? – сходу задала главный интересующий ее вопрос.

– Отец не пустил его домой, – сквозь зубы процедил Гилберт и с силой сжал кулаки. Не хотел говорить при ребенке, травмировать его психику, а теперь, как только остался с Элис наедине, решил высказать все, что думал.

– То есть как не пустил? – удивилась Брукс. Она не знала, какие порядки царили в семье Красновых, но такое поведение считала неприемлемым в любом случае.

– Вот так, просто взял и не открыл дверь!

Алекс был крайне раздражен и не находил себе места. Злость на Максима не имела границ – мало того, что он изменял своей жене в ее собственном кабинете, так еще и сына ни во что не ставил. Такие низкие поступки не соответствовали понятию настоящего мужчины, и если на измены еще можно было закрыть глаза, то безответственное отношение к ребенку требовало сурового наказания.

Он ни капли не сочувствовал Лизе и ни в коем случае ее не жалел. Считал, что она заслужила все неприятности, которые происходили в ее жизни – сама сделала свой выбор и теперь пожинала его плоды. Жалко было только ни в чем не повинных детей – Женю и того малыша, который еще не родился.

– Может, его самого не было дома…

– Свет горел в окнах.

– А если что-то случилось? Плохо стало, например…

Брукс старательно искала объяснения такому странному поведению, но Алекс уверенно разбивал все ее предположения.

– Угу, именно поэтому он запер дверь изнутри.

– Мда… Ну и папаша…

– Ладно, бог ему судья, – отмахнулся Гилберт, давая понять, что этот вопрос исчерпан. Изменить ситуацию он все равно не мог, при всем желании, поэтому бессмысленно было распаляться гневом.

– Не хочешь спросить про Лизу? – осторожно поинтересовалась Элис, резко переведя тему.

– Нет. Мне неинтересно.

Алекс лукавил. Весь вечер он ждал возвращения своей помощницы только для того, чтобы узнать последние новости. Но выказывать свое беспокойство не собирался. Хотел, чтобы Брукс сама обо всем рассказала.

– М-м-м… Ну как знаешь. Я тогда пойду? – приподняв бровь, спросила она.