Красавица и чудовище

За столько лет она не потеряла своей сексуальности и каждый раз будоражила его сознание. Не сдержавшись, он грубо смял в ладонях упругую грудь.

Лиза едва слышно всхлипнула и отвернулась, но Максу было абсолютно все равно, что она чувствует. Он и не преследовал цель доставить ей удовольствие, полностью сосредоточился на себе. Наклонился и коснулся изящной шеи губами, вдыхая пьянящий аромат ее кожи, насквозь пропитанный страхом. Криво усмехнувшись, скользнул ниже, оставив на теле влажные полосы, добрался до груди и, втянув ртом сосок, неистово затеребил его языком.

Краснова стиснула зубы и прикрыла глаза. Ее лихорадило от омерзения. Настойчивые грубые ласки не помогали расслабиться, а наоборот, заставляли содрогаться от неприятия происходящего. Шершавые ладони мужа царапали нежную кожу, как наждачная бумага, а горячий язык, обильно смазанный слюной, будто скользкий червяк, извивался по телу. Она пыталась абстрагироваться, спрятаться внутри себя, но болевые спазмы то и дело возвращали в реальность.

Так и не добившись от Лизы никакой реакции, Краснов раздраженно стащил с нее остатки одежды и грубо развел бедра в стороны. Провел пальцами по незащищенной промежности, злобно оскалился и, смочив член слюной, резко вошел в нее.

Лиза дернулась от острой боли, пронзившей ее насквозь, но не издала ни звука, лишь до крови закусила губу. Глаза помимо воли наполнились слезами, но она не позволила им пролиться, мужественно удерживала все эмоции в себе.

Максим словно не замечал ее страданий, пыхтя и постанывая, жестко вдалбливался в податливое тело. Руки жадно блуждали по коже, безжалостно стискивая грудь и ягодицы, оставляя ярко-розовые отметины.

Краснова металась по постели, отчаянно сжимая кулаки. Внутри все горело огнем, но не от любовного жара, а от жгучей боли, усиливающейся с каждым движением. Она не знала, сколько еще продержится, силы и так были на исходе, а конца мучения все не заканчивались.

Макс устал смотреть на бесстрастное лицо жены – своим видом она только мешала ему сосредоточиться. Одним рывком перевернул ее на живот и, поставив в коленно-локтевую позу, усмехнулся открывшейся картине.

Лиза шумно выдохнула, получив небольшую передышку, но в следующую секунду вскрикнула от звонкого шлепка. Мелкая дрожь сотрясала каждую клеточку организма. Макс же наслаждался происходящим, чувствовал себя богом, ведь он один решал, что будет дальше.