Глупое счастье

Я бросил ее, поспешно надел пальто, чтоб не терять ни одной драгоценной секунды, и коротко буркнул на прощанье:

– Дорогая!.. Я удалюсь, может быть, на месяц, может быть, на полгода… Что бы ни случилось, – будь верна мне и жди!.. Жди!..

«Вот она – та шапка невидимка, о которой рассказывали мне сказки в детстве! – думал я, помчавшись в сберегательную кассу, чтоб получить обратно вклад…

Не стану утомлять рассказом, как я, получив деньги, переправился через Швецию, а потом через Англию в Америку, – эту страну золота, наживы и авантюр.

Как я разыскал дом Эдисона и выкрал из кабинета знаменитого учёного десять литров жидкости, – страшно даже выговорить, – целых десять литров, делающих меня счастливцем!..

Перейду прямо к описанию своего возвращения в Россию.

Пропитав чудесным составом костюм и накрасив голову и руки, – я победоносно поехал на корабле зайцем, вполне резонно рассудив, что теперь нет оснований тратиться на билет… Клянусь, ни один заяц в мире не ехал с таким комфортом, как я!.

. Я свободно разгуливал, где хотелось, пил бесплатно дорогие вина из буфета и каждое утро позволял себе маленькое удовольствие: мне понравилась жена капитана, прелестная англичанка с белокурыми волосами, и я позволял себе целовать ее украдкой. Кажется, она на это не оставалась в претензии…

Было только одно неудобство: я не имел, где спать, – боясь быть застигнутым врасплох, и – кроме того – спал не раздеваясь… Приходилось кочевать с места на место. Однажды я даже провел ночь в складном капитанском кресле, – а на утро ко мне на колени ввалился сам капитан и разбудил… Он был очень удивлен, встретив невидимое препятствие.

Может быть, это и послужило основанием для диковинных рассказов, что на корабле поселился дух.

Еще иногда я скучал в одиночестве. Однажды ночью я попробовал заговорить с одним из пассажиров, – похлопал его по плечу и спросил: «Ну, что, братец, выпьем сегодня виски?..». Но бедняга так перепугался невидимого собеседника, что от страха выпрыгнул бы за борт, если б я не удержал его за шиворот.

С той поры я решил молчать и утешался мыслью, что потом с лихвой вознагражу себя за лишения.

К чести моей, скажу, что с экипажем и пассажирами корабля я поступал, как истый джентльмен… Вместе со мной ехали очень богатые люди. Но я не взял ни у кого, ни одного стерлинга, ни одного доллара, хотя меня и соблазняли маленькие золотые круглые монетки, от которых я совсем отвык у себя на родине.