Жизнь на фотографии. Или полмира за LIKE

В отличие от солнечных «веселых» дней, когда нога, кажется, сама вжимает «газ» в пол, и тут и там мимо тебя проносятся безумные лихачи на спортивных и почти спортивных автомобилях, в эти грустные, серо-осенние дни все едут так же грустно и размеренно, лишь шевеля, как будто в унисон, дворниками по стеклам своих машин.

Тем временем Юля начинает покашливать. Она до сих пор сидит в теплой куртке на пуху, которая выглядит на ней скорее как пальто, однако говорит, что ей все еще холодно и просит включить печь чуть-чуть сильнее.

У меня на лбу выступают капли пота, да и Маша на заднем сидении уже тоже сняла с себя все, что можно – она сидит в клетчатой рубашке красного цвета, расстегнутой на две верхние пуговицы. Одним словом – баня! Хорошо хоть, что уже совсем мало осталось, а то бы пришлось до трусов раздеваться…

И вот, слава Богу, мы, наконец, приехали.

– Может, зайдете, – говорит мне Маша, глядя на Юлю, которая тоже кивает головой. Глаза у нее как-то совсем «потухли».

– Только ненадолго, – улыбаясь, отвечаю я, и вспоминаю, какие дела у меня сегодня и во сколько.

Надо же, видимо глупая шуточка сторожа на стоянке их не смутила, судя по тому, что они зовут меня к себе, хотя, может быть, это просто давным-давно, позабытые в нашем обществе, гостеприимство и благодарность не позволяют им просто послать меня, сказав «спасибо» на прощание.

Через несколько минут мы уже поднимаемся по лестнице старого подъезда на третий этаж. Девчонки открывают дверь, и мы оказываемся в маленькой двухкомнатной квартире, очень уютной, светлой и чистой.

Сразу видно, что живут девочки, ведь в студенческие годы, когда мы с ребятами снимали квартиры, у нас был «Садом и Гамора» от пола до потолка.

Юля снимает с себя мою куртку и вешает ее на вешалку в прихожей:

– Я в ванну погреться, что-то мне нехорошо. – Она уходит, а мы с Машей проходим в кухню, где она достает из духовки еще теплый пирог с яблоками и ставит чайник на плиту.

Боже, пирог, точь-в-точь, как делала моя мама, когда я был маленький.

Та же корочка по краю, тот же вкус теста, те же яблоки, которых, как мне тогда казалось, было многовато.

Я с удовольствием съедаю два куска пирога, пока Маша хлопочет на кухне. Она долго крутится вокруг стола, после чего ставит на него чашки из красивого сервиза с нарисованными жар-птицами, а когда чайник закипает, маленькая хозяйка наливает в них свежезаваренный чай. От нее исходит тепло и доброта.