Не мёрзни под кустом. Повесть

Лично мне был предложен довольно щедрый аванс, который я взять не отказался.

Уходя, визитёр мой утробно хохотнул:

– Ну, бывай… гинеколог…

Значит, чувство юмора у него всё-таки было.

И вот этот самый Степан Суренович Гаранян неожиданно подружился не только с периодически предававшим его слесарем Агафоновым, но и с агафоновским котом Фомкой, а так же с больничным Шариком – созданием, откровенно скажу, не очень доверчивым. Во время ночных прогулок упомянутые животные слесаря с коммерсантом неизменно сопровождали, за что удостаивались вкусных угощений из столовских остатков и щедрых передач, которые ежедневно доставлялись соратниками шипящему пациенту.

– Животный мир, – заявил однажды во время одной такой прогулки Агафонов, – он гораздо душевнее человеческого. Они-то знают, зачем живут, не то, что мы…

– Это они знают? – удивился коммерсант. – Да они живут просто. Вон камень лежит, он тоже просто лежит. И неизвестно нам, для чего. Но Бог его создал…

– Собак вон и кошек, например, – убеждённо возразил слесарь, – Господь создал для доброты.

– Это как?

– Ну как… Погладишь такую живность, и зло в душе проходит. Непонятно, что ли?

Случалось, Агафонов был философичен.

3

Зима все-таки приближалась. Свинцовой дымкой обволакивало небо. Пациентов стало больше – наши болезни обостряются вместе с общей тревогой природы. По ночам перестала приезжать поливальная машина. Слесарь Агафонов все реже вызывал женщин. Кот Фомка и пес Шарик все чаще лежали под лавкой в больничном сквере, не обращая внимания ни на кого и даже друг на друга.

Ночами становилось морозно. В нашей сторожке, правда, было тепло, даже жарко. Спасибо главврачу Семену Сергеевичу – обогреватели здесь стояли серьезные. Впрочем, и в палатах никто не мерз, пока сильных холодов еще не было.

В один из таких позднеосенних дней я откровенно скучал, переключая телеканалы и попивая чай в жарко натопленном своем месте работы. Вдруг как-то уж совсем неожиданно открылась дверь.

– Привет, – сказала Настя, – алкоголиков теперь сюда на работу принимают?

– Именно, – согласился я, – еще можно в слесаря, но там уровень повыше.

Тебя что сюда привело? Любопытство?

Словно и не было этих двух лет, словно и не было…

– К сожалению, нет, – моя бывшая супруга продолжала улыбаться, но в глазах что-то погасло, – приболела немного. Мне в регистратуре сказали, что ты тут. Фамилия-то общая осталась.

– Хоть что-то… Чаю будешь?

– Нет, спасибо. Мне нельзя пока. С желудком нелады.